Цитаты из книги Во главе обмана

Всё было настолько идеально, что он даже не испытал очевидного страха, что попал в ту самую ловушку под названием "любовь", которую всеми силами избегал. Внезапно пропало желание бежать, ему захотелось остаться.

Его уничтожали и разрывали на части, а потом кто-то собирал его обратно, будто в насмешку над всеми его мольбами.

Она думала, что забытьё - нужное ей лекарство. Что всё пройдёт, как только воспоминания перестанут донимать во снах, потухнут, померкнут и исчезнут навсегда.

Тот, кто поступает по-скотски, не должен ждать поблажек и прощения.

- Мой сын – упрямый осёл, – с наигранным возмущением бросил Гипнос Кассии.
– Весь в любимого отца-барана, – холодно отрезал Кай.
– Слыхала, Кас?! Он назвал меня «любимым»! – с ребяческим ликованием и раздражающей настойчивостью Гипнос потыкал локтем Кассию, она тихо рассмеялась, а Кай закатил глаза.

Боги, да ты реально засранец из Дома Соблазна, – бросил ему вслед Кай.

– Засранец, который заработал премию.

– Нестрашно, когда гибель касается меня одного, а здесь и ты могла погибнуть!

– Эгоист!

– Это я-то?! – возмутился Иво. – А вешать на мою душу собственную смерть не эгоистично?!

Лошадь стояла, Кас, а ты грохнулась, не сумев ногу из стремени вытащить.

– Вы хорошие друзья?

– Мы семья.

– Жмот! – повторила Кассия, выхватила у него пенопластовый контейнер с единственным пельменем и демонстративно затолкала его в рот. Теперь уже Руфус не выдержал её дерзости. – Кас, это бесчеловечно! Он был последним! – Ты не человек, и я не человек. Так что не понимаю, к чьей человечности ты взываешь.

– Коты! – заорал на него Кай, когда Кассия всхлипнула. – Ты хотел котов, и я подобрал для тебя! Самых блохастых и несчастных, ясно?! Их уже пятеро, долбаный ты говнюк! У тебя есть коты, так что ты вернёшься домой и будешь за ними убирать!

– Мой сын – упрямый осёл, – с наигранным возмущением бросил Гипнос Кассии.

– Весь в любимого отца-барана, – холодно отрезал Кай.

– Слыхала, Кас?! Он назвал меня «любимым»!

– С каких пор ты готовишь завтрак? В смысле обед… еду, в общем

– С тех пор, как Кассия сожгла яичницу, – бросил Кай, добавив соль и какие-то приправы.

– Как вообще можно сжечь яичницу? – уточнил Иво у Кассии, и Пандея его мысленно поддержала.

Кассия без капли сожаления пожала плечами. Иво прищурился, а после взглянул на Кая.

– Скорее всего, она сделала это намеренно, чтобы попялиться на мою задницу