Цитаты из книги The Plea

«Конечная цель — это вердикт. Правде не место в суде, поскольку никто не заинтересован в её поисках — а меньше всего адвокаты сторон и судья.»

Распознать правду по телефону не так-то просто.

Мой добрый приятель судья Форд как-то сказал мне, что в поисках объяснения порой залезаешь в такие дебри, что просто не замечаешь правильный ответ прямо у себя перед носом.

Любая мошенническая комбинация требует дара убеждения. Нужно, как говорится, показать товар лицом – даже если такового товара и в природе не существует.

У меня в шестнадцать лет был инсульт! Не знали? Вот к чему привел марафон перед запуском «Рилера». Семьдесят три часа подряд наедине с программами и кодами! Вот вроде сижу за ноутом, и тут – бах! – очухиваюсь в больнице, а правая нога словно чужая.

Всегда есть выход, надо просто его найти.

После терактов одиннадцатого сентября главной целью ЦРУ стало сердце международного терроризма – финансирование.

... я и так все про вас знаю. До последних мелочей. Вы фактически банкрот. Живете в офисе. На личном счету у вас тысяча двести долларов, на счету фирмы тридцать тысяч в минусе, а никаких денежных перспектив не предвидится.

Я видел, что у вас там в задней комнате, – диван-кровать, шмотки, телик, зубная щетка в ванной, дешевые книжонки в бумажных обложках…

– Кстати, ты всегда носишь с собой пресс-папье? – Никогда не знаешь, когда какой канцтовар пригодится. Работа-то бумажная… А почему было просто не позвонить и не предупредить, что вы придете? – Не было времени. Извини.

В отношениях с правоохранителями всех мастей адвокаты защиты обычно предпочитают держать дистанцию – а профессиональные мошенники тем более. Но Кеннеди вообще-то был мне по душе.

Я в жизни не выигрывал предварительных слушаний и не знаю никого, кому удавался бы подобный фокус в течение последних десяти лет. Это как резиновый штемпель – бах, и готово. Если у обвинения найдется хоть одна самая завалящая улика против подозреваемого, то дело, считай, решенное. Если я собираюсь выиграть предварительное слушание, мне придется ни больше ни меньше как доказать саму невиновность Дэвида!

Солнце давным-давно село, но Бу по давней привычке щеголяла полной боевой раскраской – тени, тушь, помада, все дела. Из-за огромных овальных очков на меня призывно глянули глаза, при виде которых даже монах-затворник очертя голову выскочил бы из своей пещеры.

– Не задавай вопросов, ответы на которые тебе не хотелось бы услышать.

Надо же было ей так опростоволоситься! Хотя босс есть босс – никогда не ждешь, что он устроит тебе такую масштабную подлянку…

Но я уже двигался прямо к нему. В руке у меня была распечатка статьи из французского журнала по криминалистике, посвященная сходству ПВ и тем следам, которые оставляют пиротехнические материалы, обеспечивающие развертывание автомобильных подушек безопасности. – Доктор, вот опубликованная в прошлом году научная статья, посвященная анализу выбросов, оставляемых сработавшими подушками безопасности, и их сходству с продуктами выстрела.

Когда защита не может поспорить с наукой, тогда она закидывает удочку другого плана: что наука тут вообще не при делах, поскольку эксперт подвергал анализу загрязненный материал.

Лишь человеку свойственно отметать все, что вызывает страх, и из последних сил цепляться за то, что может принести надежду – даже если надежда эта абсолютно иллюзорна.