Отзывы о книге Ивы

Первый опыт знакомства с автором, и с большой долей вероятности вернусь к нему снова
Начало 20 века, по Дунаю плывет лодка с двумя праздными путешественниками, которые решают остаться на ночь на поросшем ивами островке. Эка невидаль! А вот дальше рассказ можно читать двумя способами:

• просто скользить глазами по строкам, не стараясь представить то, что было. Тогда не страшно совсем.
• и по максимуму вживаться в ощущения героев, в их страх, тоску, безысходность. Тогда так страшно, что уж не знаешь, чем бы это могло кончиться.

Удивляюсь, почему я, как любитель жанров "мистика" и "ужасы" до сих пор не была знакома с творчеством Элджернона Блэквуда. Сколько раз искала новые источники для пополнения коллекции прочитанного в рамках данных жанров, а с этим автором столкнулась впервые только вчера. Случайное знакомство увенчалось ярким успехом.
"Ивы" очень хороши. Приятно осознавать, что сюжетная канва выполнена довольно оригинально. Тема странного острова, затерявшегося почти в самом центре цивилизации, показалась мне необычайно привлекательной. События, развивающиеся в течении одного дня, заставляют главных героев почувствовать вкус безысходности, неизбежности и страха. Несмотря на малую форму произведения, напряжение плавно нарастает, паника становится всё более явственной, ощущение беспомощности героев перед лицом неизвестности заставляет содрогнуться.
Рассказ небольшой, но достаточно мрачный. Что-то есть в нём сходное с "Птицами" Дафны Дюморье. Возможно, атмосфера. Поэтому, думаю, мне стоит окунуться в творчество Блэквуда повторно и отыскать там ещё больше таинственных мистических историй.)

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
Наверно, у каждого из нас есть собственное представление о смерти. Что такое – смерть? Пусть каждый сам ответит. А может ли быть что-то страшнее смерти?..

Небольшая повесть «Ивы» Элджернона Генри Блэквуда (1869-1951), одного из ведущих английских писателей-мистиков первой половины XX века – философско-мистическая история о двух друзьях-путешественниках, сплавляющихся на лодке-каноэ по Великой Реке – Дунаю, с целью достигнуть аж Чёрного моря.

Блэквуд (перевод Мария Макарова) с первых же строк очаровывает великолепными описаниями природы: величие и необычность Дуная, его стремнины и гладь, водовороты и заводи, острова и островки и, конечно же, – разбушевавшаяся стихия. Такая красота окружающего мира, что дух захватывает!

Ивы… Ивы… Ивы… В этом кустарнике всегда было что-то мистическое у разных народов. Ивушка плакучая… Склонившиеся до земли ветви с узкими длинными листочками – серебристыми с одной стороны и упруго-зелёными – с другой. Целое море зарослей ивы – невообразимая красота, колышущаяся и вздымающаяся волнами под порывами ветра и … без… Вот тут есть от чего прийти в трепет.

В этой небольшой повести интересен подход Блэквуда к мистическому, сверхъестественному: сама Природа выступает в роли устрашающего потустороннего, а человек – ничтожно мал, бессилен и только чудо может помочь ему в противостоянии с ней. Автор побуждает читателя задуматься о природе Мироздания: есть и другой мир, скрытый от человека, но о котором многие догадываются…

Ужас в «Ивах» – загадочен и нематериален – это неземной ужас и далёкий от мифических и фольклорных представлений, а также ничуть не похожий на чудовищ Лавкрафта или внеземных цивилизаций. Блэквуд – оригинален, мистически самобытен. Его волнуют вопросы, связанные с внутренним миром человека, его душой. В повести он говорит о том, что есть вещи пострашнее смерти – разложение души.

Элджернон Генри Блэквуд – визионер, но визионер совершенно особенный, не похожий ни на кого. Хотя, читая «Ивы», мне на ум пришёл Карлос Кастанеда с его доном Хуаном, но тут другое… Здесь сильнейший психологический накал страстей, нагнетание ужаса, который не может не представляться реальным после натуралистического описания природы: ужасное – это мистическое продолжение натуралистического, реального. И тут уже ассоциации возникают с замечательным советским писателем-фантастом – Александром Шалимовым, «Ночь у мазара»: аллюзия – полная.

«Ивы» я прочитала в двух различных переводах: Натальи Леонидовны Трауберг и Марии Макаровой. У Трауберг текста наполовину меньше, чем у Макаровой, отсутствуют восхитительные описания природы – это и понятно почему, но не понятно зачем?

Разумеется, читать нужно полную версию, да и перевод Макаровой мне показался лучше: только одно это что значит: у Трауберг спутник рассказчика – швед, а у Макаровой имя имеет – Свид. Любопытно: свиды – это злые духи, которые служили праславянским шаманам. Это были грозные и могущественные создания. Ну, в оригинале текст мне не доступен…

Осталось только добавить, что «Ивы» – захватывающее произведение, написанное талантливейшим английским путешественником, писателем – классиком литературы ужасов первой половины XX века. Лично мне захотелось прочитать, как минимум, два его романа – «Кентавр» и «Вендиго».

+1 к моей нелюбви к походам. Рассказ начинался безумно мило- прекрасная природа,река,выдры(??? ), палатка,котелок, два туриста. Место стоянки тихое,прилив еще не мешает, ничего не предвещало беды,но только в первую ночь. Нечто абсолютно безумное,пугающее, невидимое и злое просит жертву,кровавую жертву. Начинают пропадать вещи,еда, кто-то вредит лодке, вокруг появляются следы,странный шорох,дыхание... Люди начинают сходить с ума. Именно такие истории хорошо рассказывать ночью у костра. Еще один великолепный мистический рассказ автора

Брррр...
Какие сейчас снимают ужастики? Кровь, кишки, мясо, резкие выпрыгивания отвратительных рож из-за угла.
Страшно - не когда подскакиваешь в воздух от неожиданности. Страшно - когда ничего не происходит. Когда забыл купить хлеб, весло унесено течением, дно лодки поцарапалось о камни; но каким-то шестым чувством ощущаешь - все, что происходит, не случайно. Поразительная атмосфера предожидания, ужаса, неизвестности; мистический хоррор, жидкий лёд, растекающийся по венам вместо крови.
Неудивительно, что Лавкрафт выбрал Блэквуда себе в учителя (общие черты учитель-ученик легко прослеживаются). Рассказ пробирает до холодных мурашек. Надеюсь, остальные произведения автора не хуже. Обязательно углублю знакомство и буду рекомендовать Блэквуда всем любителям жанра.

«Ивы» - произведение, которое оставило у меня ощущение глубокого, почти первобытного трепета. Оно пленяет не описанием чудовищ или страшных событий, а атмосферой - гнетущей, неуловимой и одновременно притягательной. Я была поражена тем, насколько эта повесть напоминает по духу Лавкрафта - и не удивительно, ведь сам Говард Филлипс называл «Ивы» одним из лучших рассказов в жанре ужасов, который он когда-либо читал.
Стихийная, чуждая человеческому восприятию сила, скрывающаяся за зыбкими очертаниями природы - не просто фон, а живая сущность, в которой чувствуется присутствие чего-то иного, непостижимого.
Страх накапливается медленно, плавно, как вода поднимается в затопляемом доме. Взаимодействие героев с неведомым ощущается особенно сильно потому, что оно происходит на фоне почти спокойной, но чуждой им природы. И именно это делает «Ивы» невероятно мощным произведением.

Любите ли вы Лавкрафта, так, как люблю его я? (с) Я

Очевидно, что не любите, потому что только так, пожалуй и можно объяснить тот факт, что на книгу тут всего две рецензии и вторая из них - моя.
Ну и что, что это не Лавкрафт, а Блэквуд. Я готова воспевать любого, кто повлиял на становление мистической традиции великого создателя Ктулху и "Кошмара над Инсмаутом". А сам Лавкрафт неоднократно называл Блэквуда своим предшественником в области художественной мистики. И у них действительно много общего.

Сверкающий Дунай и густые ивы по его берегам - прекрасное место для уединения и изоляции от всего мира. А чем больше изолируешься от этого мира, тем ближе становишься к миру иному. Этот мир проявляет себя не сразу. Он откусывает по кусочку острова из под твоих ног, прижимает к земле твою палатку, ворует хлеб из дорожной сумки и роет тысячи ямок на берегу. А еще оглушает тебя гонгами и ищет, где ты, чтобы забрать к себе.

Кто это было и почему оно не сожрало двух незадачливых туристов - на это ответа в книге нет. Но он и не нужен. Мистиков конца 19века любят не за ответы на вопросы, а за процесс погружения в атмосферу мрачной тревожности и ужаса. Поверьте, вам в конце и не захочется узнавать детали. Потому что вы вместе с героями будете радоваться тому, что выбрались наконец из под проклятых ив.

Два путешественника сплавляются на лодке по Дунаю. Где-то в Венгрии они из-за погодных условий останавливаются переночевать на островке в речной пойме. Это безлюдное, уединенное место, сплошь заросшее ивняком. Почти сразу же путников начинают преследовать тревожные знамения, а какое-то первобытное чутье настойчиво твердит им, что задерживаться здесь не стоит. Но выбора нет – надо дождаться, пока утихнет ветер, прежде чем плыть дальше. И они устраиваются на ночлег. Фатальная ошибка...

Знали бы герои, с чем им предстоит столкнуться, и какая участь (намного, намного хуже смерти) им здесь грозит – бросили бы все и помчались бы вплавь по бурным дунайским водам впереди собственных панических воплей. Но когда поняли – было уже поздно бежать: остается лишь встретить хтонический кошмар лицом к лицу и постараться не сойти с ума.

Тоже очень эффектная и атмосферная история про непознаваемую жуть из-за грани нашего понимания о рациональном, с которой можно столкнуться совершенно случайно и внезапно, а спастись возможно разве что по счастливой случайности. Настолько это могучие, неведомые силы, чуждые человеческому представлению о реальности. Не злые и не добрые, просто непонятные: как муравью непонятно мышление человека, а человеку неинтересна картина мира и жизненный путь муравья. Человек может муравья раздавить, может не заметить, может поймать и тут же отпустить просто по приколу, или увезти на своей одежде за тридевять земель и стряхнуть на землю там. Вот примерно так же дело обстоит и здесь. Космический ужас.