Цитаты из книги Поллианна

– Я очень гадкая! Я плохая, Нэнси! – всхлипнула она. – Я никак не могу примириться с тем, что Боженька и ангелы забрали у меня папочку. Ведь он мне так нужен!
– Ничего не поделаешь, – решительно сказала Нэнси. – Значит, им он нужнее.

– Да. Вот так и живу… – пробормотал он, продолжая что-то записывать в своём блокноте. – Только вряд ли это можно назвать домом, Поллианна… Просто снимаю комнаты. А дом – это нечто другое…
Поллианна сочувственно кивнула. В её глазах светилась недетская мудрость.
– Понимаю. Для этого нужна любимая женщина и дети.

Мне вообще нравится всё, из чего состоит настоящая жизнь.

– Почему вы не пришли вчера? Я ждала вас вчера.
– В самом деле? Вы ждали меня? Ах, как я рада! Ну, вчера давно прошло, а сегодня – это сегодня!

Когда смотришь на прекрасных людей, это отлично поднимает настроение. Совсем не то что когда смотришь на некрасивых…

Если они любили друг друга, то когда-нибудь обязательно должны помириться. Ведь они оба такие одинокие.

Нисколько не сомневаюсь, что «настоящий, живой мальчик» гораздо лучше скелета в шкафу. Но к сожалению, мы не всегда можем распоряжаться своей судьбой. Иногда мы слишком крепко прикованы к своим скелетам.

История девочки Поллианны – в высшей степени реалистическая книга, почти практическое руководство, которое состоит из множества эпизодов-примеров, так или иначе иллюстрирующих мысль о том, что пропасть между миром взрослых и миром детей не такая уж бездонная. И преодолеть её можно не столько силой и хитростью, сколько добрым словом, искренней улыбкой.

– Интересное применение термометру, – хмыкнул больной. – Вот только как он будет показывать правильную температуру в комнате, если всё время будет висеть на солнце?
– Ну и пусть не показывает! – беспечно засмеялась Поллианна, любуясь радужными лучами на подушке. – Зачем нужна какая-то температура, если можно жить прямо на радуге!

– Ох, прямо не знаю, – рассуждала девочка сама с собой, – можно ли вообще отыскать какую-то радость в том, чтобы исполнять свои обязанности?.. – Потом неожиданно радостно воскликнула: – Ура! Придумала! Можно будет порадоваться тому, что ты исполнила свой долг! – И рассмеялась.

– Всё началось с той любовной истории, – сказал Том. – С тех пор она сама не своя – сплошь колючки и шипы. Как засохший терновник.

Некоторое время спустя жизнь в доме мисс Харрингтон вошла в колею. Правда, не совсем в ту колею, в которую хотелось бы самой мисс.

Надеюсь, кроме радости есть что-то, что идёт тебе на пользу. Иначе я плохо исполняю свой долг.

Как я счастлива! И рада всему, что со мной приключилось. Ведь только потеряв ноги, можно по-настоящему понять, какое это счастье – ходить!

– Наша чудесная малютка учила целый город, как радоваться жизни, а теперь люди приходят с благодарностью, надеясь хоть немножко порадовать её саму.
– О какой радости ты говоришь?
– О самой обыкновенной!.. Ведь это и есть игра!

-... Бедная моя девочка, как жаль, что ты узнала об этом так рано. - Узнала... о чем? - О том, что нигде так не одиноко человеку, как в шумной толпе большого города.

«Людям свойственно реагировать на похвалу, – продолжал увлечённо читать преподобный Пол Форд, выхватывая для себя то слово, то строку, то целый абзац. – Их врождённую склонность к сопротивлению следует не истреблять, а, наоборот, использовать во благо… Вместо того, чтобы без конца твердить человеку о его недостатках, расскажите ему о его достоинствах!

Я даже рада теперь, что некоторое время не могла ходить, потому что иначе никогда-никогда не узнаешь, какая совершенно замечательная вещь — ноги, такие, которые ходят, разумеется. Завтра я собираюсь пройти восемь шагов.
С любовью ко всем.

Да как тебе сказать, мисс Поллианна, - засмеялся мистер Пендлтон, - насколько я помню твою тётю Полли, мне кажется, хрусталиков будет явно недостаточно, чтобы заставить её хлопать дверьми от радости. Боюсь, тут понадобится кое-что побольше.