Цитаты из книги Сквозь облака. Том 2

— Когда нашему сыну исполнилось восемнадцать, я думала, что ему будет достаточно принцессы. Когда ему исполнилось двадцать пять, я думала, что он сможет найти себе девушку из хорошей семьи. К тридцати годам моя жалкая просьба была сведена к минимуму: женщина должна быть живой и хотя бы моложе меня!

У меня никогда не было привязанности к родным и братьям, я никогда ни к кому не испытывал любви, и даже никогда не заводил друзей, да и дружеские чувства были совершенно незначительными. Если когда-либо и был кто-то, кто ближе всех занимает место в моем сердце, то этот человек - ты.

Верю, я действительно тебе верю. Пожалуйста, не разочаруй моих ожиданий. Я верю в тебя, поэтому, пожалуйста, вернись живым и открой уже глаза.

– Послушай меня, Янь Се, послушай, что я скажу. Помнишь, как в прошлый раз ты спросил, есть ли у меня брат? Есть. Раньше у меня было много братьев, но все они оставили меня три года назад. Но ты другой, Янь Се. Даже если я однажды умру, я буду наблюдать за тобой с неба. Я всегда буду наблюдать, как ты хорошо живешь.

Янь Е остановился, поставил Цзян Тина, который являлся хрупким и дорогим, к которому нельзя было прикасаться, и с которым следует быть крайне осторожным.

Янь Се во всём с ней соглашался, лишь бы поскорее отделаться, но в душе кипел от возмущения: «Что вы со мной носитесь как с роженицей? Женщины после кесарева сечения на следующий день скачут вовсю, а я тут уже неделю валяюсь! Если бы меня так не опекали, я бы уже полетел в Штаты и играл в NBA!»

К счастью, медсестра не умела читать мысли, иначе сразу бы отобрала у майора телефон, отвела в палату и заперла дверь на ключ.

Майор как бы невзначай повернулся, демонстрируя рельефное тело, и вздохнул:

– Я столько лет тратил время и деньги на занятия с личным тренером – всё ради этого момента!

Цзян Тин сидел в кресле и переваривал баоцзы с заварным кремом.

– Майор Янь, майор Янь! – тощий участковый вернулся с пачкой наличных в руке. – Вот, принёс! Ваши грязные деньги!

– Что значит мои? Думай, что говоришь! Нет, в багажник не клади, там трупы. Оставь лучше на переднем пассажирском сиденье, пусть консультант Лу за ними присмотрит.

– Честно говоря, я никогда в жизни не видела столько денег.

– Бедняга, – с притворным сочувствием отозвался майор, – ну ничего, Янь-гэ это исправит. Когда вернёмся в город, снимем в банке миллиона два, а может, даже четыре...

– А потом? – заинтересовалась стажёрка.

– Сделаем тебе пару снимков на память и положим обратно. – Янь Се усмехнулся. – А ты что подумала?

Он вел себя культурно, но в тоже время дико и безрассудно, привлекательный и элегантный, вынашивающий в себе злой умысел. Когда он улыбается, то кажется, что в уголках его рта сокрыты бесчисленные злые духи и дурные помыслы, но когда дело доходит до действий, он тверд и надежен, и не совершает никаких ошибок.

Сегодня я сказал Хань Сяомэй, что если у тебя есть деньги и карьера, то ты выбираешь мужчин, но если у тебя нет ни денег, ни карьеры, тогда мужчины выбирают тебя. Но теперь я понял, что даже если у меня есть деньги и карьера, и я встречу того, кто мне понравится, все равно придется покорно ждать, пока меня выберут.

В глубине души, Лао Вэй уже десять тысяч раз разнес их матерными словами, но внешне он по-прежнему оставался дружелюбным и полным достоинства.

— Тебе не кажется это странным? — Сначала было немного.. Но теперь все в порядке. Я ничего не чувствую, когда вижу других мужчин в полиции, но мое сердце всегда бьется быстрее, когда я смотрю на тебя..

У меня никогда не было привязанности к родным, я никогда ни к кому не испытывал любви, у меня никогда даже и друзей не было, дружеские чувства были совершенно незначительными. Если когда-либо и был кто-то, кто ближе всех занимает это место в моем сердце, то это ты..

Хотя они знакомы всего менее двух месяцев, но казалось, будто знают друг друга очень давно. Каждый раз, как только ему стоило подумать о существовании этого человека по фамилии Цзян, он ощущал на сердце нарастающее беспокойство. Это чувство тяжелое и в тоже время легкое, тревожное и предвкушающее. Трудно отпустить и самому не хочется уходить, как будто его поймали в ловушку скользкого сна..

Человеческая жизнь очень хрупка. Существует бесчисленное количество способов убить человека, и единственное, что остается неизменным — это тот факт, что он уже мёртв и ничего изменить нельзя.