Цитаты из книги Наши

Задница - лицо человека!

В Ленинграде очень много поэтов. Есть три Некрасова - Владимир, Георгий и Борис...

Жизнь пройдена до середины,
А я все думаю, что горы сдвину,
Поля засею, орошу долины,
А жизнь давно уже за половину…

– Как ты растолстел! Тебе нужно бегать по утрам. – Бежать, – говорю, – практически некуда… Я бы предпочел остаться здесь. Надеюсь, это возможно?.. – Конечно. Если ты нас любишь… – Полковник говорит – люблю. – Любишь – так оставайся. Мы не против… – При чем тут любовь? – сказал я. Затем добавил: – Любовь – это для подростков… Тут уже не любовь, а судьба…

Он стал профессиональным репризером и целыми днями выдумывал шутки. А это занятие, как известно, начисто лишает человека оптимизма.

Она совсем не высыпалась. Целыми днями мучительно боролась за тишину.
Однажды не выдержала. Повесила отчаянный лозунг на своих дверях:
«Здесь отдыхает полутруп. Соблюдайте тишину!»

Есть в газетном деле одна закономерность. Стоит пропустить единственную букву — и конец. Обязательно выйдет либо непристойность, либо — хуже того — антисоветчина. (А бывает и то и другое вместе.)

Старшие братья тянулись к литературе, к искусству. Младший, Леопольд, с детства шел иным, более надежным путем.
Леопольд рос аферистом.

О своих кулачных подвигах рассказывал часами. Причем довольно много фантазировал. Когда же я расспрашивал его о войне, дядя упорно молчал. Не любил говорить об этом. Не знаю, почему…

Если писатель хороший, редактор вроде бы не требуется. Если плохой, то писатель его не спасет.

Лично я, хороших редакторов не встречал. Хорошего редактора я встретил лишь однажды.... - Сценарий хороший. Значит его не примут....

Видимо, я был ей физически неприятен. Может так и должно быть. Детям свойственна такая антипатия. (Родителям никогда).

В аэропорту имени Кеннеди нас пождили дрзья. Известный фотограф Кулаков с женой и сыном. Поздоровавшись, они сразу начали ругать Америку.

Жизнь превратила моего двоюродного брата в уголовника. Мне кажется, ему повезло. Иначе он неминуемо стал бы крупным партийным функционером.

"Жизнь пройдена до середины,
А я все думаю, что горы сдвину,
Поля засею, орошу долины,
А жизнь давно уже за половину..."

Глаша часто спит у моих ног иногда тихонько стонет возможно ей снится родина например мелкий частик в томате или сквер в щербаковом переулке

— Твой отец романтик. В детстве он много читал. А я — наоборот — рос совершенно здоровым…