Цитаты из книги Conclave

перемены почти неизбежно вызывают эффект, противоположный тому, ради которого они затевались

Бога чаще всего можно встретить в самых бедных и жутких уголках земли, а не в удобных приходах нашего мира. Чтобы отправиться туда и найти Его, требуется мужество.

Одно слово согласия, одно новое имя, одна подпись — и дело сделано; величие состояло в простоте.

— Мы оба были очень молоды. — Нет, выше высокопреосвященство, она была молода, а вам было тридцать.

Ломели шел сзади, пытаясь понять, не начались ли у него видения. Или ему сейчас в обмен на молчание предложили должность государственного секретаря?

— ...Я вовсе этого не хочу, вы понимаете? Ни один человек в здравом уме не может желать стать папой.

Если Ты желаешь призвать его к Себе и оставить меня, то дай мне силы стать камнем для других.

Он не хотел заводить речь о том, что видел, не имел ни малейшего желания быть сторожем чьей-либо совести, кроме собственной.

Наша вера — живая вещь именно потому, что она идет рука об руку с сомнением. Если бы существовала только уверенность, если бы не было сомнения, то не было бы и тайны, а потому и нужды в вере.

— Не случилось ли в мире чего-нибудь такого, о чем я должен знать? — спросил он.

Servus fidelis. «Верный слуга». Эти слова были начертаны на его гербе. Рутинный девиз человека рутины.

— Католической, что означает «вселенской», но как Церковь может быть вселенской, если она говорит на пятидесяти языках? Язык — дело важное. Из языка рождается мысль, а из мысли — философия и культура.

Вы огорчили меня, Альдо. Очень. Пять раз я голосовал за вас, искренне веря, что вы тот человек, который может возглавить Церковь. Но теперь я вижу, что конклав в своей мудрости оказался прав, а я ошибался. Вам не хватает мужества, необходимого для папы. Я вас оставляю.

Она сверлила его своими непокорными голубыми глазами. Ее можно было отправить на гильотину или сжечь на костре – она не сказала бы ни слова. «Если бы я когда-либо женился, то хотел бы, чтобы у меня была такая жена», – подумал Ломели.

Я думаю, это был Святой Дух. Ощущение было ужасающее и бодрящее. И определенно незабываемое. Я рад, что пережил его. Но когда оно закончилось, я не чувствовал ничего, кроме облегчения

– Sede vacante, – объявил Трамбле. – Святой престол вакантен.