Childe Roland to the Dark Tower Came

Читала Вудхауза, и вдруг глаза споткнулись на фразе, сказанной Дживсом Вустеру перед резиденцией сэра Уоткина Бассета: «Рыцарь Роланд к Темной башне подъехал». В мозгу буквально замигало: «Темная башня! Роланд! Стивен Кинг!». И я зависла. Сопоставила годы жизни Вудхауза и время написания Стивеном Кингом «Темной башни», из которой я как раз недавно прочитала первую книгу, и поняла, что они никак не пересекаются. И пошла я к Гуглю и Википедии. И кааааак нашла. Оказалось, Дживс цитировал поэму Роберта Браунинга «Чайльд Роланд к Темной башне подъехал»,написанную в 1855-м году, вот как раз эту самую, к которой мой отзыв. Кстати, чайльд – это рыцарь, не бывавший в битве, а вовсе не ребенок, отсюда разные варианты перевода – то чайльд, то рыцарь. А сам заголовок и последние слова последней строфы принадлежат перу Уильяма Шекспира из пьесы «Король Лир». А Шекспир черпал вдохновение в волшебной сказке «Чайлд Роланд». Хотя в тоже время Браунинг утверждал, что поэма пришла к нему во сне уже полностью написанной. Но тем не менее исследователи считают, что прообразом главного героя у Браунинга был паладин из «Песни о Роланде», поэмы XI века неизвестного французского автора.

Сама же поэма Браунинга послужила источником вдохновения не только для Стивена Кинга, но и еще для массы достаточно известных писателей (среди них Роджер Желязны и Андре Нортон) и даже художников. На обложке к поэме на Лайвлибе – фрагмент одноименной картины Томаса Морэна (1859).

Очень масштабная по своему воздействию оказалась эта маленькая, всего 34 шестистрочных строфы, поэма, в которой Роланд ищет свой путь к Башне. И она действительно замечательная, мрачная и очень красочная.

Миг — и они восстали из могил, Пришли ко мне печальными холмами, И каждый — мой оплот, огонь и знамя! Я, их узнав, колени преклонил, Поднял свой верный рог — и протрубил Во имя их, погибших, падших, павших: 'Вот Чайльд-Роланд дошел до Темной Башни! (перевод - Нана Эристави)

Когда-то давно, параллельно с выходом романов в русском переводе, я читала цикл «Темная башня» Стивена Кинга. В предисловии к какому-то из изданий упоминалась поэма Роберта Браунинга «Чайльд-Роланд дошел до Темной Башни». Мол, Темная Башня, имя главного героя кинговского цикла – Роланд, идея поиска, преодоления множества препятствий – все это Стивен Кинг позаимствовал из поэмы Браунинга. Каюсь, «Темную Башню» я так и не дочитала… Но встретив книгу Браунинга, с удовольствием познакомилась с поэмой. В моем издании были приведены 3 перевода этой небольшого по объему произведения - Наны Эристави, Ксении Егоровой и Валентины Давиденковой. Такое разнообразие позволило мне вспомнить что же я ценю в хороших переводах: детали – побольше и понятнее! Самый удачный, на мой взгляд, перевод получился у Валентины Давиденковой («Роланд до Замка черного дошел»). Почему же не Нана Эристави? Мне показалось, что красота ее перевода достигнута за счет нивелирования мелких деталей. А уж если сравнивать все 3 версии поэмы... Вот у Егоровой и Давиденковой река и бурная, и в пене... А у Эристави - спокойная. Пойди пойми этих переводчиков! ))) А сама поэма поразила меня именно атмосферой - тягостной, мрачной и безысходной.

Как не услышать? Звон врывался в слух, И все гремело множеством имен. Как тот был смел, как этот был силен, Удачлив тот, но все, за другом друг, Увы, увы, погибли. Вот вокруг На миг поднялся гул былых времен

И встали все, чтоб жребий видеть мой, Замкнувши рамой пламенною дол. Я всех в огне на скалах перечел, Я всех узнал, но твердою рукой Я поднял рог и вызов бросил свой: «Роланд до Замка черного дошел».

Собирая книги цикла "Темной Башни", а также другие произведения, соприкасающиеся с сотканной Кингом мультивселенной, но не прочитав еще ни одной (на сейчас — только до половины изучено "Противостояние") не мог не обратить внимание на это произведение. Оно постоянно поминается Кингом как источник вдохновения для целого цикла, и после примерно пятого упоминания об этом в предисловиях к упомянутым книгам я и сам захотел с ним ознакомиться.

Я ожидал, как принято у людей, травмированных школой, что это будет какое-то скучное чтиво, с банальным смыслом и картонными героями. Но здесь меня встретил персонаж, бредущий по зову сердца на сомнительный зов, не находящий утешения в памяти и не получающий радости от того, что цель его пути достигнута.

Мне показалась она в той же степени жизненной, в какой и необычной. Прочитал я ее три раза, сохранил себе везде, где только можно, и, думаю, буду еще обращаться к ней как к самостоятельному произведению, а не только как референсу для "Темной Башни".

А в центре — Башня... Темный силуэт,
Слепые окна, грязный камень, прах... -
И мир весь держит на своих плечах,
В ней все, что было, будет — сонмы лет,
День завтрашний, погасший ночью свет.
И тут я понял, что такое страх.