Цитаты из книги The Secret Place

Она смотрит, как Крис несется вниз по склону — огромными скачками, чтобы не повредить проклюнувшиеся гиацинты, — а потом бежит к воротам, словно на ногах у него выросли крылья.

Помни, что ты можешь вернуться домой в любой момент, когда захочешь. ...Днём или ночью. Один телефонный звонок -и я буду у тебя в течение часа.Поняла?

Очень часто люди, которые подверглись сексуальному насилию, не хотят сообщать о случившемся, потому что это предполагает множество проблем и разнобразных не очень приятных действий. Медицинское освидетельствование, судебное разбирательство, перекрестный допрос, и возможно, что в итоге насильник уйдет безнаказанным.

Бекку осеняет: они с девчонками расположились здесь расслабленно и вольготно, вытянули ноги, лениво облокотившись на кромку фонтана, - все это выглядит как приглашение. И Эндрю Мур отозвался.

Она была для них загадкой. Не то что я или знакомые мальчишки - с нашим чуждым миром они понемногу учились взаимодействовать и договариваться, знали, что рано или поздно пригодится, но не понимали зачем. Но Конвей была своя. Женщина, взрослая: она уже все  знала. Как носить то, что ей идет, как правильно заниматься сексом или отказываться от него, как оплачивать счета, как жить в диком мире за стенами школы. В омут, где они едва помочили ножки, она ныряла с головой и свободно плавала.

Девелопер, из тех, про которых в новостях рассказывают, что они одновременно банкроты и миллиардеры.

Я всё равно не собираюсь корешиться с парнями из отдела. Я не хочу принадлежать к группе. Я просто хочу делать свою чертову работу.

А я просто помню, каково это – быть пацаном. Большинство людей обычно забывают. Легкий намек на сочувствие – чуднó. Чуть больше сочувствия – великолепно. Еще больше – и ты уже мечтаешь, как бы вмазать комунибудь в кадык.

Не наплевать на них, нет, – тихо говорит она. – Просто... не позволять им иметь для тебя значение.

Те, кто тебе не нравится, очень полезны. Им не удастся надуть тебя так легко, как это сделают те, кто тебе симпатичен.

Взрослые вколачивают собственные вехи: звонки – расписание – перемены, – чтобы удержать время, обуздать его, чтобы ты начала верить, будто оно – нечто маленькое и ничтожное, которое соскабливает слой за слоем со всего, что ты любишь, пока ничего не останется; чтобы удержать тебя, не то ты взмоешь ввысь и улетишь, кувыркаясь в водовороте месяцев, скользя сквозь завихрения мерцающих секунд, плеща пригоршни часов в запрокинутое лицо.

К концу этого долгого дня в голове у меня вместо мозгов ощущался ком стылой овсянки, обрывки мыслей ковыляли, как пьяные, в попытках отыскать друг друга.

Ты любишь красивое, сказала Конвей и была права. Я скорее умру, чем соглашусь стать непонятно кем, жить непонятно где без всей красоты, которую только смогу раздобыть.

Не представляете, сколько девчонок полагают, что изнасилованием считается, только когда незнакомый мужик приставил тебе нож к горлу; и сколько парней тоже.

одно из двух: никак или никак