Фантазия для психотерапевта, или Путешественники по собственному ожившему безумию
Заглавие "Фантазия для психотерапевта" - не о расстройствах психики, не о психологических проблемах, которые могли бы стать любопытным предметом исследования психологом. Нет, оно о сути, понятной далеко не каждому, - о трансформации, ради которой чаще всего мы и идем в эту профессию. О трансформации, представляющей собой путь домой, как называет это автор, обретение целостности и гармонии в соприкосновении четко очерченного, каким бы ни был развит человек, сознания с невероятной глубины опытом нашего бессознательного. Холдстоковские Лавондисс - та самая точка соединения наших частей, мифаго - образы таящегося в бессознательном, доселе неизведанные и страшащие, но без обращения внимания на которые невозможна полноценная жизнь живого.
История трансформации поделена на две части, в первой из которых герой уходит в Лес Познания себя, назову так, за своей любовью (а вовсе не за разгадкой отцовской тайны, как говорится в аннотации) к женщине, а во второй - сестринской. Т.е. мотивом изменения служит любовь - самое мощное чувство, лучший стимулятор для трансформации. Когда-то отец Стивена вместе с дедушкой Таллис обнаружили, что находящийся рядом лес не прост - из него на мгновения показываются те, кого не должно существовать, они назвали и мифаго и определили, что где-то в нашем мозгу, между полушариями образуется связь, позволяющая улавливать архетипические образы, таящиеся в нашем бессознательном, пришедшие в него из коллективного (и как бы я пропустить могла такую книгу). Однако, как известно, именно в бессознательном живет все известное миру на протяжении веков с его сотворения и все "изгнанное" сознанием - утопическое и убийственное. нирвано-подобное и извращенное. Поэтому лес притягателен, затягивает в свою чащу, но никто не способен предсказать, удастся ли оттуда вернуться и с чем там можешь встретиться...
...я вошла в собственное подсознание… даже не подозревала, что может быть так больно. Я чувствовала себя изнасилованной, поглощенной, но все-таки любимой.
Персонаж первой истории Стивен, таким образом, утрачивает своего отца, а в последствии и его брат Кристиан отправляется в тягуче-притягивающий лес с каждым разом все на дольше. Но из Райхоупа, аллегорически - ему на замену, выходит мифаго отца братьев - женщина, ставшая для них троих "обителью" Анимы, проекцией их бессознательных истинных потребностей, и превращается в смысл их движения. утаскивая в свой мир, т.е. в их глубинные "подземелья". У героини второй части, сводной сестры человека, сопровождавшего в конце Стивена в его поисках, Таллис притяжение просыпается вместе с голосами и желанием отыскать Гарри, сгинувшего в Райхоупе. Напоминаю, что "сгинуть", "пропасть" там можно метафорически - вся книга о путешествии внутри самого себя с фантастическим намеком на возможность физического отображения этого процесса. Девочка движима желанием, движим желанием и Стивен - они оба подвластны своей потребности в придерживании объекта своей любви рядом и они уходят в лес, думая, что это они занимаются поиском, а не лес и объекты чувств (символически - по сути проекции) влекут их за собой.
Сложно передать словами метафоричность, аллегорию, символизм того, что подразумевает автор, - наверное, именно поэтому, любые попытки облечь в какую-то привычную форму такие глубинные смыслы ставят меня в тупик: любого описания любому автору подобных книг недостаточно, чтобы передать внематериалистичный смысл (да-да, я махровый идеалист по самые уши и до кончиков ногтей), но все они пытаются и пытаются выразить невыражаемое... Холдсток, тем не менее, пожалуй, едва ли не единственный писатель, которому удалось максимально приблизиться к тому, чтобы все же суметь передать архетипическую начинку наших голов, показать связь между индивидуальностью и зародившимся с миром коллективным скоплением знаний и подчеркнуть, что здесь нет однозначности: душа она и в теле, и вне его, и отдельна, и часть энергии всех душ; человек жив физически, но может не присутствовать в этом "измерении" своей духовной сутью, душа не может быть мертва или жива, она вне этих рамок, перерождается; бессознательное - и ад, и рай, и ничто, и все вне любой плоскости и измерений.
Иногда Холдсток, правда, срывался с высоты глубинного смысла на дно выдуманных образов, которые как ни описывай не могут передать прикосновение к внутренним таинствам человека - это лишь обертка, причем у каждого разная, которая покрывает ощущения связи с архаическим, глубинным и внеосязаемым в человеческой нам привычной системе координат. Однако то, что хотел передать автор, суть его произведения, так редко сейчас встречается в историях для широкого употребления, что своим наличием просто перекрывает личные попытки Роберта передать символизм через красочно-необычную, но никогда ни у кого не способную стать полноценным описанием такого опыта либо мыслей о нем, картинку.
В нашем языке, нашем восприятии не существует пока символо-знаковой системы для описания чего-либо хотя бы на ступеньку выше находящегося над парами антонимов - "жив-мертв", к примеру. Поэтому угадывать смыслы тем, кто не рожден с либо не развил в себе ощущение этого на бессознательном уровне, приходится как слепому котенку - возможно, отсюда такая любовь к фэнтези в целом у большинства. Но, когда ты просто чувствуешь, будто открывшийся купол, вокруг себя энергию, переливающуюся, принимающую разные и часто совершенно противоположные формы (а также одновременно и то, и иное), знаешь, что не только за гранью ничего не завершается, а вообще грани нет, ощущаешь, что кроме времени-пространства есть еще миллионы типов систем восприятия, описания, понимания, чувствования и основ для процессов - остается читать что-то вроде "Леса Мифаго и Лавондисса", в которых потусторонний мир - тот же наш, любой кто-то - те же мы, каждое совершаемое - проекция нашего сделанного либо лишь желаемого.
Они соединятся… тело и душа… в месте великой битвы… там они выполнят свой долг… все легенды о поисках похожи на эту… главное в них — найти внутреннее я…
92 понравилось
