Цитаты из книги Дворянское гнездо

- Он нигилист, - повторил Аркадий.

• Нигилист, - проговорил Николай Петрович. - Это от латинского nihil, ничего, сколько я могу судить; стало быть, это слово означает человека, который... который ничего не признаёт?
• Скажи: который ничего не уважает, - подхватил Павел Петрович и снова принялся за масло.
• Который ко всему относится с критической точки зрения, - заметил Аркадий.
• А это не всё равно? - спросил Павел Петрович.
• Нет, не всё равно. Нигилист — это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружён этот принцип.
• И что ж, это хорошо? - перебил Павел Петрович.
• Смотря кому, дядюшка. Иному от этого хорошо, а иному очень дурно.
• Вот как. Ну, это я вижу, не по нашей части. Мы, люди старого века, мы полагаем, что без принсипов, принятых, как ты говоришь, на веру, шагу ступить, дохнуть нельзя. Вы всё это переменили, дай бог вам здоровья и генеральский чин, а мы только любоваться вами будем, господа... как бишь?
• Нигилисты, - отчётливо проговорил Аркадий.
• Да. Прежде были гегелисты, и теперь нигилисты. Посмотрим, как вы будете существовать в пустоте, в безвоздушном пространстве...

Итак, Базаров везде и во всём поступает только так, как ему хочется или как ему кажется выгодным и удобным. Им управляют только личная прихоть или личные расчёты. Ни над собой, ни вне себя, ни внутри себя он не признаёт никакого регулятора, никакого нравственного закона, никакого принципа. Впереди — никакой высокой цели; в уме — никакого высокого помысла, и при всём этом — силы огромные. - Да ведь это безнравственный человек! Злодей, урод! - слышу я со всех сторон восклицания негодующих читателей. Ну, хорошо, злодей, урод: браните больше, преследуйте его сатирой и эпиграммой, негодующим лиризмом и возмущённым общественным мнением, кострами инквизиции и топорами палачей, - и вы не вытравите, не убьёте этого урода, не посадите его в спирт на удивление почтенной публике. Если базаровщина — болезнь, то она болезнь нашего времени, и её приходится выстрадать, несмотря ни на какие паллиативы и ампутации. Относитесь к базаровщине как угодно — это ваше дело; а остановить — не остановите; это та же холера.

(с) Д.И. Писарев "Базаров" (вступительная статья)

Тургенев, очевидно, не благоволит к своему герою. Его мягкую, любящую натуру, стремящуюся к вере и сочувствию, коробит от разъедающего реализма; Его тонкое эстетическое чувство, не лишённое значительной дозы аристократизма, оскорбляется даже самыми лёгкими признаками цинизма; он слишком слаб и впечатлителен, чтобы вынести безотрадное отрицание; ему необходимо помириться с существованием если не в области жизни, то по крайней мере в области мысли или вернее, мечты. Тургенев, как нервная женщина, как растение «не тронь меня», сжимается болезненно от самого лёгкого прикосновения с букетом базаровщины.

(с) Д.И. Писарев "Базаров" (вступительная статья)