Цитаты из книги Дворянское гнездо

А Лаврецкий опять не спал всю ночь. Ему не было грустно, он не волновался, он затих весь; но он не мог спать. Он даже не вспоминал прошедшего времени; он просто глядел в свою жизнь; сердце его билось тяжело и ровно, часы летели, он и не думал о сне. По временам только всплывала у него в голове мысль: «Да это неправда, это все вздор», – и он останавливался, поникал головою и снова принимался глядеть в свою жизнь.

«И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения.»

Когда я встречу человека, который не спасовал бы передо мной, тогда я изменю свое мнение о самом себе.

Он ощущал небольшую неловкость, ту неловкость, которая обыкновенно овладевает молодым человеком, когда он только что перестал быть ребенком и возвратился в место, где привыкли видеть и считать его ребенком.

Какая благородная душа не испытывает жажды самоуничижения?

Я хотел сказать, что все эти нападения на системы, на общие рассуждения и так далее потому особенно огорчительны, что вместе с системами люди отрицают вообще знание, науку и веру в нее, стало быть и верь в самих себя, в свои силы. А людям нужна эта вера: им нельзя жить одними впечатлениями, им грешно бояться мысли и не доверять ей. Скептицизм всегда отличался бесплодностью и бессилием...

Горемыка издали тотчас чует другого горемыку, но под старость редко сходится с ним, и это нисколько не удивительно: ему с ним нечем делиться, - даже надеждами.

Близкого человека только тогда и поймёшь вполне, когда с ним расстанешься.

Кто пожил, да не сделался снисходительным к другим,  тот сам не заслуживает снисхождения.

Какой бы удар ни поразил человека, он в тот же день, много на другой - извините за грубость выражения - поест, и вот вам уже первое утешение...

Ну, скажите сами, Александра Павловна, что за роль его у Дарьи Михайловны? Быть идолом, оракулом в доме, вмешиваться в распоряжения, в семейные сплетни и дрязги – неужели это достойно мужчины

Наталья не ребенок; она, поверьте, чаще и глубже размышляет, чем мы с вами. И надобно же, чтобы эдакая честная, страстная и горячая натура наткнулась на такого актера, на такую кокетку! Впрочем, и это в порядке вещей.

Да я нисколько с вами не спорю, – начал Лежнев, – я не сомневаюсь в уме и красноречии г. Рудина; я говорю только, что он мне не нравится.

...я, вы знаете, человек очень небогатый; дела мои расстроены...

И кому бы не было приятно вести под руку хорошенькую женщину, молодую и стройную?

Вообще дамы средних лет охотно покровительствовали Константину Диомидычу: он умел искать, умел находить в них.

"...помнишь, какого я всегда был мнения о Катерине Сергеевне. Иная барышня только оттого и слывет умною, что умно вздыхает; а твоя за себя постоит, да и так постоит, что и тебя в руки заберет, – ну, да это так и следует."

• Вы такие добрые, - начала она и в то же время подумала: «Да, он точно добрый…» - Вы извините меня, я не должна сметь говорить об этом с вами…но как  могли вы…отчего вы расстались с вашей женой?
     Лаврецкий дрогнул, поглядел на Лизу и подсел к ней.- Дитя мое, - заговорил он, - не прикасайтесь, пожалуйста, к этой ране; руки у вас нежные, а все-таки мне больно будет.