Цитаты из книги Велнесс

Мир превратился в один большой гипертекст, и никто не умеет его читать.

любовь, конечно, состоит не только из массажа спины, но должна включать в себя массаж спины, точно так же, как свадебный торт – это больше, чем просто еда, но он должен быть и едой тоже.

Попытки Джека внести свой вклад в ведение хозяйства почему-то всегда заканчивались неудачей. Элизабет постоянно намекала, что хотела бы, чтобы он чаще готовил, но при этом составляла меню на десять дней вперед, а любые отклонения от него вызывали у нее сильное раздражение. Она вроде бы и хотела, чтобы Джек помогал ей по дому, но помогать надо было тем единственно возможным способом, который она себе представляла, но о котором ни разу не говорила.

как он заметил, в спортзале люди не любили отвлекаться. Они не проявляли ни общительности, ни дружелюбия. Особенно женщины, которые, переходя от одного тренажера к другому, пристально смотрели в пол, как будто пытались расколоть бетон силой мысли. Когда люди делали упражнения, их лица выражали глубокую сосредоточенность и концентрацию. Когда они отдыхали, то смотрели в свои гаджеты. И никогда не снимали наушники, причем зачастую огромные, как у диджеев.

и вот сейчас пришел в спортзал и делал так называемые «берпи». Он бы чувствовал себя дураком, делая эти берпи, если бы их не делали множество других людей в спортзале – по меньшей мере десяток человек, все в одинаковых оранжевых браслетах, все выполняют одно и то же упражнение, которое со стороны выглядит просто нелепо: отжимание, переходящее в прыжок с разведением в стороны рук и ног. Джек поглядывал на остальных. Ему казалось, что они заодно, потому что занимаются этой ерундой вместе.

Они были слишком поглощены возведением в культ собственных страданий.

и они сходятся на том, что жизнь должна быть полна именно таких незамысловатых, но важных радостей (и к черту все, что говорили родители о талии, о фигуре)

Это происходило повсеместно: то, что когда-то считалось абсолютной истиной, теперь опровергалось, разоблачалось, дискредитировалось, и несостоятельность прежних теорий казалась очевидной.

Плацебо же дает нам иллюзию определенности. Оно погружает нас в историю, которая, если в нее поверить, побуждает организм наконец выполнить свою задачу. Так что плацебо не лечит – скорее, оно создает эмоцию, необходимую для выздоровления. И эта эмоция – уверенность.

– Даже если бы у тебя получилось все переиграть и выйти замуж за этого банкира, знаешь, что произошло бы? В конце концов ты бы оказалась точно в таком же положении. Ты бы раздражалась, злилась, жила в постоянном стрессе и чувствовала себя одинокой, что бы ты ни выбрала, кто бы ни был твоим мужем. И знаешь почему? – Ну давай, открой мне глаза. – Потому что ты не умеешь любить, Элизабет. Ты просто на это не способна.

– Ты вечно жалуешься, что никто не ценит твою работу, но продолжаешь делать одно и то же. Может, пришло время что-то поменять?

Честно говоря, Элизабет, я не понимаю, как ты можешь злиться на меня за то, что никто, кроме тебя же самой, не заставляет тебя делать.

Она уже заготовила реплику: «Держите свое некомпетентное мнение при себе».

Но все родители сошлись во мнении, что настольные игры полезнее видеоигр и лучше пусть дети собираются в книжном магазине, чем сидят в одиночестве по домам, уставившись в телефоны или телевизоры, поэтому каждый из родителей по очереди брал на себя организацию этой странной встречи.

В любую свободную от уроков минуту она делала уборку. Она убирала всю квартиру. Одна. Это был своего рода ритуал очищения, явно вызванный чувством вины: она целыми днями вытирала пыль, мыла полы и выметала грязь, оставленную обитающими в этой квартире животными – тремя линяющими, потными и неаккуратными двуногими животными, двое из которых были мужчинами, а значит, особенно неаккуратными.