Наши пути с Кирстен Уайт разошлись достаточно внезапно. Ее “Сагу о Завоевателе” я все еще люблю нежной любовью, и периодически возвращаюсь к ней в своих мыслях. После завершения серии автор внезапно сменила вектор творчества и перешла в абсолютно неинтересный мне жанр хорроров про американский пригород. Но вот, объявили о выходе “Люси Неумирающей”, и в моей душе зародился восторг предвкушения. Эта книга должна была стать одним из главных событий года!
Но что-то пошло не так. Очень сильно не так. Настолько “не так”, что я долгое время не могла нормально осмыслить что я вообще прочитала. Тревожные звоночки появились почти с самого начала, но я упорно продолжала читать в надежде, что дальше должно быть лучше. Спойлер: лучше не стало. Не поймите неправильно, я не могу сказать, что “Люси Неумирающая” была плохо написана с технической точки зрения. У Кирстен Уайт очень красивый и образный язык. Мысли, которые она озвучивала, были довольно интересными. А вот все остальное…
“Люси Неумирающая” берет в качестве своей основы классического “Дракулу” Стокера и задает вопрос: “А что было бы, если Люси Вестенра после обращения в вампиршу осталась жива?”. История условно разделена на три временные линии: период до обращения, период после обращения и до наших дней, а также основной сюжет. Собственно, для полноты картины каждый из них стоит разобрать отдельно. Ибо, если у первых двух периодов есть как сильные, так и слабые моменты, то третий ломает и загрязняет все то немногое, что мне нравилось в этой книге. Но это пока ладно, до этой части еще доковылять надо.
1. Люси Вестенра – бедная-несчастная и чрезвычайно одинокая
Период до обращения в вампира рассказан через дневники главной героини. Люси Вестенре всего девятнадцать, ее отец в могиле, а мать является ипохондриком, чья гиперопека скорее душит, чем помогает. За внимание Люси одновременно борются три молодых человека, но ни один из них не заставляет ее сердце трепетать. Однако, нельзя сказать что трепета вообще нет. Вот только, источником сей томления является лучшая подруга Люси – Мина Мюррей.
Собственно, первичные характеристики даны весьма неплохие. Люси молода и не до конца понимает свои чувства. Она не может осознать, почему для нее так тяжело стать тем, что требует от женщины общество. Она не совсем понимает природу своих чувств к Мине. И она не может никому открыться. Люси ощущает себя словно в ловушке и при этом ей очень одиноко. У нее огромная зияющая дыра внутри, которую она жаждет заполнить. Посему Люси цепляется за любого, кто проявляет к ней хоть каплю доброты. Пусть даже этот человек не особо хорошо с ней обращается. Она готова буквально переделать себя под чужие запросы.
В чем загвоздка? Изоляция и внутренние терзания Люси показаны очень хорошо. Но остальные персонажи "Дракулы" как-то чересчур уж сильно демонизируются. Да, даже Мина. Мина в этой книге – это вообще отдельная тема. Я не читала оригинальный роман Стокера, поэтому не могу сказать стыкуется ли сюжетное решение “женихи, Мина и Ван Хелсинг все время состояли в сговоре с целью присвоить состояние Люси, но Дракула добрался до нее первым” с каноном. Даже если оно и имеет место быть, то исполнение получилось крайне топорным. Никто из женихов Люси не любит, всем нужны только ее деньги и покладистость. Мина так и вовсе Люси презирает из-за ее богатого и привилегированного статуса. И она этого даже не скрывает. Г-жа Уайт с самого начала рисует Мину меркантильной стервой, которая просто тянет из бедной-несчастной простушки Люси деньги. Учитывая то, что эта часть истории рассказана именно через дневниковые записи влюбленной в Мину девушки, это выглядит как-то дико. Все вокруг хотят Люси использовать, а мать так и вовсе ее абьюзит. Единственный, кто вообще не участвует в этом плане – это Джонатан Харкер. Что иронично, потому что Люси в дневнике постоянно поливает его грязью, ведь любимая Миночка ушла к нему. А так все вокруг несчастной Люси являются не более чем карикатурными злодеями в лучших традициях Диснея. Это до абсурда гротескно и у подобной демонизации всех людей в окружении Люси есть одна конкретная цель, но об этом мы поговорим позже.
2. Интервью с вампи… пардон, сеанс психотерапии с вампиром
Форматом второй части служит аудиозапись сеансов Люси с ее психологом Ванессой, во время которых первая рассказывает чем занималась после обращения. Однако, не обманывайтесь, вдохновение “Интервью с Вампиром” здесь цветет и пахнет, особенно в моментах размышлений о тленности вечной жизни.
Начинается новая жизнь Люси не иначе как праздничным салютом, о чем свидетельствует описанная довольно подробно оргия с другими невестами Дракулы. Самого Дракулу на сей мероприятие, конечно же, не позвали.
Мне понравилась основная эмоциональная составляющая этого куска персональной арки Люси. Она молодая вампирша, но у нее нет никаких ориентиров, ведь ее породитель Дракула, говоря возвышенным слогом, покорился канону оригинального романа, а говоря по-человечески – сдох. Основным эмоциональным фокалом здесь является, однако, не привыкание к жажде крови и вечной жизни. Это история о принятии утраты. Люси оплакивает себя-подростка, которой не дали шанса вырасти. Она оплакивает человеческую жизнь, которую уже никогда не проживет. Эта жизнь могла бы быть ужасной, могла быть непримечательной, а может быть Люси удалось бы найти свою дорогу к счастью. Она этого уже никогда не узнает, ее банально лишили этой возможности. И естестенно, она оплакивает Мину – свою первую любовь и путеводную звезду. Еще Люси надо научится любить себя, ведь ранее упомянутой Мины, на благосклонности которой и базировалась ее самооценка, больше рядом нет.
И вот тут начинается проблема. Кирстен Уайт хорошо справилась в этой части с эмоциями, но видно, что она понятие не имела чем заполнять этот кусок в плане событий. Из дневниковых записей Люси видно, что ей так-то плевать на людей. Она фиксируется на одном человеке и больше ее ничего не интересует. После обращения это не особо меняется. И тем не менее, она спасает раненных солдат, она убивает маньяка и, внимание, останавливает Первую Мировую, заставив всех генералов подписать амнистию вампирским гипнозом. Откуда взялось такое человеколюбие? И это нельзя расценивать как попытку заполнить ту самую пустоту внутри, потому что, во-первых, в данном контексте эта мысль никогда не озвучивается. Во-вторых, она продолжает вступать в новые отношения с чем дальше, тем более сомнительными личностями, руководствуясь тем самым желанием заполнить дыру. У Люси нет никакого мотива, оттого вся эта ветка где она шпионка, дипломатка и сестра милосердия в одном лице выглядит ни к селу, ни к городу.
Люси встречает на своем пути много других вампирш, и тетки они все довольно колоритные. Вот только ни одна из них не оставляет на Люси никакого отпечатка. Они появляются – Люси с ними взаимодействует, они исчезают – Люси про них забывает. Их роль состоит в том, чтобы измениться после общения с главной героиней и прийти ей на помощь во время финальной битвы.
Я уже говорила, что г-жа Уайт не знала чем заполнить эту часть в плане событий. Окончательно я это поняла, когда жизнеописание Люси оборвалось ориентировочно в конце тридцатых или начале сороковых годов. То бишь, за кадром осталось где-то восемьдесят лет, и в это время Люси, очевидно, предалась глубокой медитации на вершине Эвереста. Потому что, видимо, за это время с ней ничего примечательного не произошло, это вам не оргии в гробу. А ведь было бы интересно почитать ее реакцию на вторую и третью волны феминизма, космическую гонку, эпидемию ВИЧ, развал СССР и кучу других исторических событий. Хотя бы с точки зрения того, что мир и человечество двигаются вперед. Я имею ввиду, раз уж автор решила лепить из Люси Вестенры своего Форреста Гампа, то как-то лениво сдаваться на полпути, Форрест со скобами бежал, а Люси, обладая вампирской суперскоростью, не смогла бы, что ли?
3. Нет повести кринжовее на свете, чем повесть о Капусточке и Курочке в масле
Знаете, у меня есть теория, что изначально этот кусок планировался как отдельная книга. Однако, Уайт не смогла развить его до полноценного романа и решила присобачить сюда. По функционалу эта часть “Люси Неумирающей” напоминает аппендикс – особой пользы нет, до поры до времени не мешает, но если воспалиться, то без своевременно оказанного хирургического вмешательства вы умрете. Это я к чему? Это я к тому, что Люси Вестенре не нужна история про злую вампирскую секту-финансовую пирамиду, которая прикрывается продажей масочек и умывалок. Для злой вампирской секты-финансовой пирамиды, которая прикрывается продажей масочек и умывалок, Люси Вестенра – это как пятая нога у собаки. Они не вяжутся между собой абсолютно.
Однако, третью часть (и мое впечатление о книге вообще) испортил не тональный диссонанс. О нет! Знакомтесь, худшее, что есть в этой книге и наша вторая главная героиня – Айрис Голдаминг. У нее крайне плоский юмор, как в ситкомах ранних нулевых, поэтому читать ее главы то еще удовольствие. Она поливает грязью свою мать, злую секту-финансовую пирамиду, а потом еще и Мину Харкер с Артуром Холмвудом, чьим потомком и является. Ведь Айрис Голдаминг – богиня, а ее мать, злая секта-финансовая пирамида, Мина Харкер и Артур Холмвуд – говно, все вместе и каждый в отдельности. Именно ей суждено вернуть Люси веру в любовь.
Касательно любовной линии Капусточки и Курочки в масле (это не шутка, они реально так друг друга называют). Это какая-то каша. Все знают любовный четырехугольник в мультфильме про Леди Баг? Тут примерно то же самое, но намного хуже и запутаннее.
Айрис находит дневник Люси, и по мере прочтения у нее формируется некая парасоциальная привязанность к ней (девушке-подростку, которая жила сто лет назад), граничащая с фанатизмом. Все потому что у них у обеих матери-абьюзерши и их никто никогда не любил. Люси вела дневники в девятнадцать, так что двадцатипятилетняя Айрис много шутит о том, что она "вкрашилась в подростка". Рядом с ней маячит Люси-вампирша, которую Айрис находит невероятно горячей и... и на этом все. Люси все еще сохнет по Мине, но Айрис ее тоже привлекает. Есть намек, что это связано с тем, что Айрис является потомком Мины, и Люси чувствует их родство, но автор как-то быстро отбросила эту идею.
И здесь кроется одна из главных загвоздок, которая так или иначе проскальзывает во многих любовных линиях в книгах. Та история любви, которую мы непосредственно наблюдаем автоматически считается за “истинную любовь” главных героев. Собственно, поэтому главные герои либо до встречи друг с другом вообще ни с кем не встречались, либо имеют исключительно негативный опыт отношений с тюбиками/швабрами. И когда дело касается вампиров или других бессмертных/долгоживущих существ, то подобное выглядит как-то нелепо. Таким образом появляется кто-то по типу Эдварда Каллена, который до встречи с Беллой ни с кем и никогда. Потому что в подобных книгах вампиры выбирают себе пару также, как На'ви выбирают икранов – один раз и на всю жизнь!
От отношений главных героинь мне не горячо, не холодно: это инсталав в чистом виде. И тут снова выскакивает Мина, как непроходящих прыщ на лбу. Мина у нас прыщ крайне живучий, не выдавишь и тоналкой не замажешь. Люси, вон, сто-с-чем-то лет не могла ее забыть. Айрис, как и любая главная героиня типичной любовной истории, находится в состоянии конкуренции со стервой-бывшей а.к.а. Миной-прыщем. Поэтому надо было отчетливо показать, что Мина не достойна Люси, что даже если бы она ответила на чувства Люси, их отношения были бы токсичными, ибо с прыщами иначе не бывает. Надо показать, что Айрис лучше по всем фронтам, как качественный “корейский” патч с вайлдберриз, ибо он не оставляет рубцов, чистит карму и снимает обет безбрачия. Автор именно это хотела показать, но в итоге вышло так, что отношения Люси и Айрис Мине-прыщу нипочем.
Но, может быть, это и есть мое наследие. Не заслуженное возмездие Мины, а шанс стать Мюррей-Голдаминг, которая любит Люси именно такой, какая она есть.
Я уже упоминала, что главной линией в арке Люси является обретение любви к себе. Только ради этой линии я и продолжала читать. Но г-жа Уайт и тут все испортила! Ей надо было как-то объяснить почему Мина даже спустя сто лет и с наличием вампиризма все еще одержима зарабатыванием денег и поддержанием жизни злого Орифлейма. Довольно поздно в сюжете появляется концепция “основного убеждения”. Если коротко, то после обращения вампиры не способны меняться, они застывают в том состоянии и с теми же чувствами, что были до “смерти”. Они не способны воспринимать новую информацию, буквально. Люси, намример, не может освоить новые технологии. Себя полюбить без привязки к кому-то другому она, очевидно, тоже не может.
Я не могла всецело полюбить Айрис, пока она не полюбила меня, потому что я не могла всецело полюбить себя, пока она не показала мне, как это сделать.
И если так на это смотреть, то динамика Люси и Айрис ничем по сути своей не отличается от ее динамики с Миной. Люси снова базирует свою самооценку на том, что кто-то другой ее любит и ценит. И это явно не то, как Кирстен Уайт хотела, чтобы я трактовала их отношения. Айрис должна была быть патчем, но в итоге стала новым прыщем.
Почему меня так разочаровал автор, который когда-то мне нравился? Это заставляет меня задумываться о грустных вещах. Я этого не хочу. “Люси Неумирающая”, определенно, одно из самых главных книжных разочарований года.
21 понравилось
