Одна из тех историй, которые дают возможность оказаться в центре настоящего сказания. Так у меня было с Патриком Ротфуссом и нечто подобное я испытывал во время чтения трилогии Брендона Сандерсона «Рожденный туманом». Важно! Я говорю именно об эмоциях.

Но все же у Вирди присутствуют вайбы стилистики Ротфусса. Для меня это однозначный плюс, так как авторский цикл «Хроника убийцы короля» — один из главных фаворитов. Нужно понимать, что «Первая формула» хоть и близка к упомянутой работе, но имеет достаточно собственных деталей, которые делают книгу по-своему особенной.

«Первая формула» рассказывает правду о таинственном Сказителе Ари, а точнее делает это он сам. Его личность окутана тайнами, вымыслами, разномастными историями и легендами, но только герой владеет истиной, которую наконец-то готов поведать одной прекрасной деве.

Здесь есть узнаваемый культурный элемент Индии и он довольно удачно вплетен в повествование. Книга вырвала меня из цепких рук реальности и скрасила январские праздники.

В НАЛИЧИИ: • Вайбы Патрика Ротфусса • Дух древнего сказания • Магия плетения • Легкое повествование

Как-то так.

Заинтересовался «Первой формулой» Р. Р. Вирди благодаря вот этой фразе Дирка Эштона из анонса книги: «Если вы любите “Имя ветра” и “Хитрости Локка Ламоры”, то этот роман станет вашей следующей читательской зависимостью». Я не знаю, кто такой Дирк Эштон, но «Имя ветра» и «Хитрости Локка Ламоры» люблю, поэтому порадовался появлению на горизонте их аналога. Но начало романа заставило меня насторожиться. Дело в том, что в первой же главе много внимания уделяется тишине, и это уж слишком сильно напомнило о «Трёхчастной тишине» Ротфусса. Я даже пошёл проверять текст «Имени ветра» и обнаружил, что в оригинале пролог назывался «A Silence of Three Parts», тогда как Вирди почти не использует слово «silence», а употребляет вместо него «stillness», что, конечно, в корне меняет дело (нет). Сильный привкус вторичности был и у описания тишины. Как и в «Имени ветра», в «Первой формуле» имеется попытка придания тексту поэтичности, но менее удачная (через использование созвучия слов «voice» и «noise», «ear» и «hear», а также фраз, типа «stillness returned in the beat between words»). Читалось такое начало не плохо, просто уж слишком похоже на книгу Ротфусса. Далее выяснилось, что это история легендарного человека Ари, рассказанная им самим. Ну как в «Песни крови» Энтони Райана и «Империи тишины» Кристофера Руоккио. Дело, правда, происходит в таверне, что возвращает нас к «Имени ветра» Патрика Ротфусса (хотя там был трактир, но не суть). Итак, Ари рассказывает свою историю, а я не перестаю неприятно удивляться, насколько же сильно она похожа на историю Квоута. И оба персонажи музыканты, и их семьи убили какие-то древние сущности при аналогичных обстоятельствах, и оба встречали на своём пути похожих персонажей, и некоторое время они оба скитались и жили на улице, и оба учились магии, причём схожим образом, и так далее. Даже местные магическая система и мифология сильно напоминают те, что показаны в «Имени ветра». И это я ещё решил не упоминать про мелкие детали. Я, конечно, хотел почитать что-то в духе цикла Патрика Ротфусса, но не настолько же. И да, если абстрагироваться от навязчивого чувства дежа вю и не обращать внимания на постоянно усиливающийся привкус вторичности, то какое-то удовольствие получить от книги можно. Более того, вполне вероятно, что дальше Вирди перестанет так сильно ориентироваться на «Имя ветра», и его история станет более самобытной. Но на данный момент у меня ощущения примерно такие же, как от прочтения книги «Таня Гроттер и магический контрабас» после «Гарри Поттера и философского камня». Лучше бы перечитал «Имя ветра».

Жанр/поджанр: эпическое фэнтези Сюжетные ходы: шайка малолетних воришек, обучение в школе, магия плетения, месть за смерть близких, странствующий рассказчик Композиция: рассказ в рассказе с побочными рассказами внутри Основная аудитория: мужская, 30-50 Аналоги: Патрик Ротфусс – то, на что замахнулся, но не допрыгнул автор.

Общее впечатление: Пиар наше всё – это основное впечатление как от формы книги, так и от ее содержания. Замахиваясь на явное подражание какому-то автору нужно убедиться, что при сравнении не будешь выглядеть блекло. Заимствования из мэтров жанра здесь так и прут, вплоть до фраз «Ты не пройдешь». Вот только само повествование не дотягивает даже до уровня середнячка. Рассказ о рассказчике от рассказчика, который не умеет рассказывать – печально слушать эту неумело сплетенную историю. Зато как звучит: второй Ротфусс! Так же и приключения героя книги на поверку оказываются лишь раздутыми слухами и умелым пиаром.

Плюсы. Интересная система магии. Утянув у Ротфусса канву сюжета, автор знал, что делал. Даже ободранная до костей и плохо рассказанная, история цепляет интересной системой магии, которую нужно сплетать, расщепляя грани сознания. Постепенный процесс освоения этой системы, состоящей из десяти формул, которые должен знать каждый – захватывает и увлекает.

Основной сюжет. Да и позаимствованный сюжет тоже удерживает внимание. Что жизнь в театре в качестве закулисного подсобного рабочего, что подъем в шайке уличных воришек, что странствия с разными приключениями, что обучение в школе магии – однозначно интересно. Выкинуть бы половину про нынешнего постаревшего сказителя, и было бы почти хорошо. Жаль, что повествование доходит от раннего детства только до первого года обучения в школе. Даже неторопливая Хобб так не затягивала.

Минусы. Заимствования: кто читал Ротфусса, может проходить сразу мимо, так как тут блеклая пародия, неумелый плагиат и ничего нового: абсолютно те же сюжетные ходы вплоть до мелочей: от природы магии с необходимостью познания природы вещей, до пути героя в поисках существ, погубивших близких. Некоторых оригинальных деталей слишком мало, чтобы пропустить через проверку на заимствования. А до кучи еще и накидаем кусков из Властелина колец и прочих популярных книг. Фанфик какой-то, чесслово.

Заход очень издалека. Я как поклонник эпика очень спокойно отношусь к пространным описаниям и заходу с самого детства персонажа. Но тут даже не издалека, а из другой галактики заходят. Первые десять глав повествователь даже не приступает к рассказу, а слушает рассказы других и рассказывает о богах и древних героях аудитории таверны. И в дальнейшем постоянно прерывается на всякие бытовые нужды. Это очень тяжелое испытание терпения даже для опытного ценителя жанра. Затянуто и скучно!

Постоянная рекурсия. Рассказ в рассказе, где рассказывают рассказы о том, как рассказывают рассказы… Думаю, автор хотел выделиться за счет усложнения композиции, но в итоге просто провалился в этот коридор зеркал. Я люблю интересные приемы, но только тогда, когда они служат определенной цели (помимо желания запутать читателя). Тут же просто необоснованное наматывание кругов, от которых и так небыстрый темп повествования сводится к нулю.

Отсутствие интриги. Ну и давно ворчу на сам прием рассказа о своей жизни усталого героя: это просто можно выбросить в топку основную интригу, сумеет ли он всё преодолеть. И элемент переживания за судьбу персонажа – вот он, сидит и вещает, а значит, поборет врагов.

Личность героя. В отличие от Ротфусса, тут повествователь вышел настолько слабый, что хоть плачь. Умный идиот, сказитель, не умеющий рассказывать (как и сам автор), беспомощный всемогущий, полубог-полудемон. Давно уже не встречала настолько неправдоподобно и неграмотно выстроенную личность ключевого персонажа! Паренек то проявляет чудеса смекалки, обводя вокруг пальцев взрослых и плетя интриги похлеще паука, то показывает себя клиническим дураком, попадая в самые очевидные передряги. С детства учась искусству лицедейства в театре и оттачивая годами мастерство рассказчика, он даже взрослым настолько косноязычен, что не может завязать разговор с женщинами или поддержать беседу с придворными (и сам признает: Язык мой – враг мой). Обладая почти божественным всемогуществом и магией, способной повергнуть города он… тупо использует ее в качестве прожекторов. Способен то медитацию до уровня йога применять, то истерит на пустом месте… Можно фейспалм от лица даже не отнимать, в общем.

Одинаковые имена. Ради, Ари, Арам, Ашрам, ашуры, риши – создавалось ощущение, что автору выдали лимит на буквы для названий и имен либо достался первый том словаря, чтобы доставать оттуда слова. Если планируете слушать, то готовьтесь путаться. Вообще тут очень много уникальных названий для всего, но в принципе для фэнтези это норма. И при этом у древних героев легенд имена типа Антуанов и Диего.

И в заключение очень плохой авторский стиль. Если у Ротфусса можно смаковать каждое слово, то здесь приходится постоянно морщиться от ужасного текста, где прошедшее время то и дело сменяется настоящим, а еще навалом корявых фразочек типа «отвалилась челюсть» (наверное туда же, куда закатывались мои глаза). Не исключаю, что это вина перевода, но читать книгу от лица вот такого полуграмотного рассказчика – подрывать доверие к тому, что он вообще нормальный рассказчик.