О жизни, которая, кажется, уже почти прошла. Всё главное, ради чего стоит жить, уже в прошлом. Осталось лишь доживание и горечь от того, что почти ничего не удалось. Не радуют ни воспоминания о прошлом, ни настоящее как результат прожитой жизни. Выросли дети, но и им, кажется, не смог дать чего-то самого главного, и они - несчастны. И, кажется, уже ничего невозможно изменить.
И о любви, которая способна наполнить светом и смыслом всё, и это мучительное доживание, и даже прошлое, окаменевшее в своей неизменности.
Как и от чего она рождается в душе - тайна. Вот на работе появилась новая девушка:
"Красавицей ее не назовешь. Улыбка, правда, приятная. И на том спасибо".
Потом что-то в душе отзывается, но в ответ на что - непонятно:
"Авельянеда чем-то меня привлекает, это правда. Но чем?"
И даже когда любовь заполнила душу, всё же невозможно дать рецепт, в чём её причина:
"Меня привлекали её глаза, голос, талия, руки, рот, её смех, её усталость, её робость, слёзы, её искренность, её горе, доверчивость, нежность, её сон, походка, дыхание. Но ничто из этого в отдельности не покорило бы меня так, сразу и навсегда. Очарование её неделимо. Она покоряла меня вся, такая, какой была, а каждая из её черт, взятая в отдельности, может быть, и повторится в других".
Человек говорит: "Люблю", и, кажется, всё понятно о том, что и как он чувствует. Но нет. Один и тот же человек, любя два-три раза в жизни, и каждый раз будучи уверен, что именно это - настоящая любовь, переживает своё чувство по-новому, иначе, богаче. А о том, что было, при всей его ценности, иногда вдруг сомневается, была ли это любовь.
"Бедная Исабель. Теперь я понимаю, как мало с ней разговаривал. Частенько не знал даже, о чем говорить. У нас в самом деле мало было общего, только дети, долги, постель. В последнем случае разговоров не требовалось. Наши ночи и без них были достаточно красноречивы. Была ли это любовь? Сомневаюсь.
Возможно, если бы наш брак длился дольше, мы поняли бы, что постель — лишь часть любви. И наверное, довольно скоро бы поняли. Но все те пять лет постель связывала нас, крепко связывала. Сейчас, с Авельянедой, постель (для меня по крайней мере) вовсе не главное, не самое существенное в жизни, гораздо важнее наши разговоры, наша духовная близость — вот что жизненно необходимо".
"Любить Исабель означало желать ее. Любить Авельянеду — значит еще и любить ее личность, ибо именно она составляет не менее половины привлекательности Авельянеды. Я держал в объятиях Исабель, я обнимал ее тело, откликавшееся на все мои порывы и способное возбуждать их. Когда я обнимаю худенькую Авельянеду, я чувствую в своих объятиях и ее улыбку, и ее взгляд, ее манеру говорить, ее нежность, ее стыдливое неумение до конца отдаться страсти и ее чувство вины за это неумение".
"Доживая", человек боится многого. В любви и счастье страхов может быть не меньше. Столько естественных опасностей грозят разрушить такое нежданное, но уже ставшее необходимым счастье. Бывает, какое-то рядовое событие, кажется, уже предвещает, что беда пришла и счастью конец. И человек многократно умирает от горя и снова рождается, потому что ещё нет, ты ещё любишь и любим. Но страх остаётся, грызёт, омрачает дни радости, о которых и так знаешь, что они не вечны.
И сколько ни обмирай от страха - бессмысленно. Когда горе придёт, оно всегда будет неожиданно, непредставимо, с той стороны, с которой и думать не мог. И все предыдущие страхи оказываются мучительным обманом, на который лишь зря потрачены силы души, не отданные любви.
Да, любовь способна наполнить светом и смыслом всю жизнь, любую тьму. Но какой же это риск. Потому что, если вдруг, после всего счастья, любви не станет, то вместе с ней уйдёт и тот смысл, что держал раньше, и тьма станет ещё непрогляднее. И вместе с любовью будет оторвана часть тебя, и доживание станет ещё мучительнее.
"Во мне было гораздо больше Авельянеды, чем меня самого. Она в меня вошла, превратилась в меня, так река смешивает свои воды с морскими и становится солёной".
Что лучше, глотнуть радости, чтобы потом годами задыхаться без неё? Или жить в привычном устоявшемся воздухе, не зная, как, на самом деле, способен дышать? Впрочем, неизвестно, возможен ли выбор вообще, или любовь приходит или не приходит в жизнь без воли человека.
Жизнь формирует личность. Человек, проживая события жизни, создаёт и осознаёт себя. Происходит некий активно-пассивный процесс, в результате которого есть человек, такой, какой он есть. Глядя со стороны, кажется, так просто избавить его хоть от части страданий. Ну просто не воспринимай это так. Просто радуйся другому, ведь есть же чему. Просто не придавай этому такого большого значения. Просто делай то, а этого - не делай. Но просто это именно со стороны. А он - не может, потому что он уже такой, какой есть, каким стал за все свои прожитые годы.
Сколько написано книг, стихов, снято фильмов о первой любви. Как она романтична, а иногда - трагична. Как умилительно о ней вздыхать. Влюблённые полны сил и неопытны, и впереди их ждёт так много.
Но странно и несправедливо, почему так мало говорится о последней любви. Она способна дать едва ли не больше. И именно потому, что уже есть опыт, со всеми его мучительными уроками. Тем богаче чувства и отношения. А впереди ждёт очень немногое. Тем невосполнимее потеря, тем больше дорожишь человеком, который рядом.
7 понравилось
