Цитаты из книги Пигмалион

Миссис Хэшебай. Вы… гм… Нет, знаете, вы начинаете раскрываться. Вы совершенно уверены, что не дадите мне совратить вас на второе такое же сильное чувство? Мадзини. Вполне уверен. Это было бы противоестественно. Дело в том, что вы, как бы это сказать… от меня не загоритесь, и я от вас не загорюсь. Миссис Хэшебай. Понятно. Ваш брак, по-видимому, это нечто вроде противопожарного крана.

Миссис Хэшебай (смеясь, похлопывая его по руке). Мы были ужасно влюблены друг в друга, Гектор. Это был такой волшебный сон, что я потом потеряла способность ревновать тебя или кого бы то ни было, – я понимала, что это такое. Я всегда старалась приглашать к нам побольше хорошеньких женщин, чтобы доставить тебе еще такой случай, но у тебя что-то ни разу не вышло.

Леди Эттеруорд (с явным интересом). Кто этот джентльмен, который разгуливает там в саду с мисс Дэн? Миссис Хэшебай. Не знаю. Всего только десять минут тому назад она насмерть поссорилась с моим мужем. И я не видала, кто там еще приехал. Вероятно, новый гость. (Подходит к окну и смотрит.) Ах, это Гектор. Они помирились.

Менген. Черт возьми! Капитан Шотовер. Да уж взял! Меня тоже сцапал когда-то.

Что же такое, выходит, буржуазная мораль? Да просто предлог, чтобы отказывать мне во всем.

Пикеринг. Слушайте, Хиггинс! Мне пришла в голову мысль! Вы помните свои слова о посольском приеме? Сумейте их оправдать – и я буду считать вас величайшим педагогом в мире! Хотите пари, что вам это не удастся? Если вы выиграете, я вам возвращаю всю стоимость эксперимента. Уроки тоже буду оплачивать я. Элиза. Вот это добрый человек! Спасибо вам, кэптен! Хиггинс (смотрит на нее, готовый поддаться искушению). Черт, это соблазнительно! Она так неотразимо вульгарна, так вопиюще грязна…

Хигинс (обиженно). По-вашему, моя манера выражаться неприлична? Миссис Хигинс. Нет, дорогой, отчего же. Для грузовой пристани вполне прилична, но в гостях едва ли.

все же, коль скоро ты изливаешь презрение и ярость, вряд ли следует ожидать, что тебя будут осыпать почестями.

Женщины всё переворачивают вверх дном.

Каждая девушка имеет право на то, чтобы её любили.

Увы! Гегель был прав, говоря, что история учит нас тому, что люди никогда ничему не учатся у истории.

Мне хочется чуточку внимания, ласкового слова. Я знаю, я простая, темная, а вы большой ученый джентльмен. Но ведь и я человек, а не ком грязи у вас под ногами.

- С какой стати вы говорите обо мне так, словно я автобус?

• Вы и есть автобус. Завели мотор и поперли, а до других вам и дела нет.

Когда же человек делает что-то безукоризненно хорошо, в этом всегда чувствуется профессиональная выучка.

Видите ли, все мы в той или иной мере дикари. Предполагается, что мы цивилизованны и культурны – разбираемся в поэзии, философии, науке, искусстве и прочее, и прочее. Но скажите, многие ли из нас знают, что представляют собой хотя бы одни эти названия?

Я раб этой женщины, хозяин, а все потому, что я ей не муж.

Мир никогда бы не был сотворён, если бы творец его боялся кого-нибудь обеспокоить. Творить жизнь - значит причинять беспокойство. Есть только один путь избежать беспокойства: убийство. Вы заметили, трусы всегда требуют, чтобы беспокойных людей убивали?