Цитаты из книги Алтарных дел мастер

B-Reading.ru Уютное место для чтения Поиск... Меню Алтарных дел мастер Часть 41 из 54Информация о книге

Увеличить шрифт Уменьшить шрифт Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию

– Ага, устоял-таки, – едва слышно произнес колдун, не понимая, что ему делать дальше.

На удар он потратил треть всех сил, коими обладал, а человек выдержал. Да, выглядел он пришибленным, но где гарантия, что сие не притворство?

В голове Еремеева сейчас вообще не имелось мыслей, кроме одного вопроса: «Что это было?», затем проявился второй: «Чем это меня так?» Он почувствовал, что носом пошла кровь, а затем услышал истошный вопль пульсирующего: «Беги!!!»

И он побежал.

Когда друид заметил, что свет на ладони противника погас и появились струйки крови, он сообразил, что бесследно его удар не прошел. Сразу попытался воспользоваться черной паутиной, но не учел собственный «откат», последовавший за столь мощным применением силы. В итоге заклятие получилось не сразу, а Данила не дал ему второго шанса. Пошатываясь, он рванул прочь с обледеневшей арены.

Черная паутина упала на лед и растворилась в образовавшейся на месте льда воде. Похоже, земля отдала кому-то столько энергии, что сейчас впитала в себя даже темную составляющую, не позволив задействовать заклинание.

«Букашка способна за раз хапнуть столько силы прямо из-под ног?! – удивился друид, у которого неуклонно крепла мысль, что букашку следует не подчинять, а скорее уничтожить, пока человек ослаб. – Не ровен час, еще меня одолеет!»

Раньше подобная мысль всесильному, каким он себя считал, не могла даже в голову прийти, но после того, как Данила выдержал удар, возникли сомнения. Мало того, где-то в глубине зародился страх, поэтому друид подзабыл о некоторых предосторожностях. Зато убегавший не собирался прощать невнимательности. Нога колдуна была неожиданно обхвачена чем-то плоским и липким. Снова боль от прорастания знакомых кореньев, друида потянуло в землю. Пришлось сначала освобождать ногу, затем обеспечивать защиту от ловушек.

Колдун видел, что настигает человека. Тому удавалось увернуться от выстрелов черной паутины, однако дистанция между ними медленно, но верно сокращалась. Колдун полностью сосредоточился на букашке и не замечал ничего по сторонам. Он уже видел впереди открытое пространство, куда человек просто обязан выскочить, поскольку деваться ему больше некуда. А там уже ничто не помешает опутать его сетью.

Они оба оказались на прогалине.

– Ага, вот ты и попалась, букашка! – злорадно произнес друид и тут же был сбит с ног серой тенью, клубком покатившись по земле.

В результате черная паутина пролетела мимо цели, а человек успел скрыться среди деревьев до того, как дымящийся колдун поднялся на ноги. Он бросил злобный взгляд на обездвиженную животинку и поспешил за Данилой. Терять время и силы на то, чтобы добить зверя, он не стал, опасаясь упустить более серьезного противника.

Ненависть буквально кипела внутри друида. Теперь он не думал ни о чем, кроме как настичь и уничтожить эту смертельно опасную цель, пока она слаба.

Глава 18

Что нас не убивает…

Леший еще никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Ненавистный друид своей паутиной, казалось, высосал из него все соки, да еще настолько мощно, что восстановление шло черепашьим шагом. Прошло почти полдня, а он до сих пор не мог оправиться. Сил старику едва хватило оттащить свою спасительницу подальше от места, где стая зверюг сцепилась с аспидом поганым.

«Хорошего я порученца выбрал, – в который раз хвалил себя леший. – Сумел-таки докумекать, что я в беду попал, и выслать подмогу. От его псины хоть и веет волшбой поганой, но то не суть важно, от лиха страшного она меня избавила велением Данилы».

С Жучкой они расстались, когда леший выдохся окончательно. Пока старик ее нес, собачка, как ему показалось, сумела отобрать последние оставшиеся крохи энергии, может, поэтому и смогла дальше двигаться самостоятельно.

Хозяин леса попытался позаимствовать силы у деревьев и земли, но помогавшие всегда объятия на этот раз ничего не дали. То ли друид опутал окрестности чарами, забиравшими всю энергию, то ли после воздействия черной паутины что-то изменилось в самом старике. Как говорит порученец, «все, что нас не убивает, делает нас сильнее», и леший выжил. Правда, прилива сил в себе от того не ощущал, скорее, наоборот, но ведь они должны вернуться!

Только после восхода солнца хозяин леса ощутил в себе способность вызвать другого порученца, крылатого. Дятел явился быстро, наверное, находился неподалеку.

– Отправляйся-ка ты к прелестнице. Помощь мне ее нужна.

Птичка вспорхнула и устремилась в сторону болота. Леший, передохнув немного, отправился туда же.

«Да чего же силен, колдун мерзопакостный! Благо мы с Данилой его лишили хоть части мощи, не то совсем бы худо пришлось. Эдак бы он скоро весь лес под себя подмял».

Окрестную живность леший отправил как можно дальше от мест, где обосновался друид. Старик всерьез опасался, что колдун подчинит их себе и совладать со злодеем станет еще тяжелее. После того как аспид едва не подчинил кикимору, хозяин леса мечтал только о том, чтобы его уничтожить. Нападения на свою лучшую подругу старик простить не мог никому.

«Ох, не задаром Данила называет его чокнутым, не задаром. Такое удумать мог токмо умалишенный. А коли разум у него покореженный, супостат может огромных бед натворить, с его-то силой! Надеюсь, порученец гаду горячую встречу подготовил».

Леший вчера потерял связь с крылатым посланником сразу после того, как через него передал сообщение о друиде. Затем пришлось срочно уносить ноги от преследования теней супостата. Как позже выяснилось, в ловушку. Туда же чокнутый колдун собирался заманить и человека.

– Ага, буду на живца ловить букашку, а когда поймаю, заставлю тебя, тля, помучить. Вот будет потеха, – изгалялся негодяй.

Пленник нашелся, что ответить, пообещав, что кара злодея настигнет неминучая.

«Бахвалился супостат передо мной, беспомощным, а сам такую оплеуху ночью получил! Я же аспиду поганому с самого начала говорил – мой порученец ему покажет, где раки зимуют. – Леший добрел до очередного пня и уселся. – Фу-у-ух, до чего же я устал. Сейчас бы к златолистному наведаться да отдохнуть в его тени пару часиков – враз бы силы возвернулись. А как духом воспрянуть тут, где все порушено волшбой поганой?»

Леший пока не имел возможности ни передавать свой голос, ни видеть глазами крылатого посланника на расстоянии, превышавшем сотню шагов, но старик надеялся на сообразительность хозяйки болот. И он не ошибся. Заслышав крик сокола, задрал голову к небу и увидел знакомую птичку.

«Вот и весточка от прелестницы. Скоро и сама здесь будет, – обрадовался леший. – Надо поторопиться, а то расселся, как развалина».

До болота старик добраться не успел, поскольку быстрее явились слуги кикиморы – три огромных тритона. Дальнейшее путешествие до острова прелестницы усталый путник проделал верхом на одном из них.

– Это кто ж тебя так потрепал, развалина? – всплеснула руками бабка, завидев прибывшего. – Прямо лица на тебе нет.

– А куда же оно подевалось, прелестница?

– Вот и я гадаю. Вроде гляжу – похож на здешнего хозяина лесных угодий, а приглядываюсь – и борода не та, и волос на голове стало меньше. Ужель друид принял облик лешего да осмелился ко мне в гости пожаловать?

– Окстись, прелестница, – замахал руками старик. – Я это.

– А раз ты, то поясни мне, неразумной, что означает «милосердие»?

– Знамо дело что. Это оружие такое мудреное. – Леший хорошо помнил толкование кикиморы. – Приходит к тебе, к примеру, гость незваный, а ты не кажешь ему, что сердит, улыбаешься мило, а сам – бац по темечку и схоронишь в укромном месте.

– Вот теперь вижу – мой леший. Но кто тебе полбороды повыдергал да лысину на башке протоптал?

– Лысину?! – У старика дух перехватило от возмущения, когда он нащупал голую макушку. И тут он мгновенно вспомнил все ругательства, которыми его осыпала кикимора во время их ссор.

Услышав начало тирады, прелестница даже уселась на пенек и устроилась поудобнее. Она наслаждалась красноречием приятеля, будто тот ей в любви признавался.

– …Навуходоносор недосдохнутый! – закончил свою тираду леший ругательством, которое бабка ранее не слыхала. Кикимора от восторга даже хлопнула в ладоши и спросила:

– А это еще что за зверь?

– Про то мне неведомо, прелестница, я о нем от порученца слыхивал. Но явно тварь мерзкая, в ухе у нее нос растет, а потому орет постоянно от подобного непотребства.

– Такую увидишь – заикой можно сделаться, – сочувственно произнесла кикимора.