Цитаты из книги Юмор для дураков

- А! И ты здесь. И уж с утра апельсин жрешь. Проворный. А зачем шкурки на пол бросаешь? - Что вы, Анна Матвеевна! Я, собственно, бросал их не на пол, а наоборот, в потолок... но земное притяжение... сами понимаете! Деваться некуда.

Трость очень полезная вещь, когда на нее опираются; но в ту минуту, когда тростью начинают молотить человека по спине — трость сразу теряет свои полезные свойства.

- Кого из классиков лично знали: Тургенева, Достоевского, Гончарова? - Помилуйте, меня и на свете тогда не было. - Прискорбно. Строк тридцать похитила у меня ваша молодость. Впрочем, черкнем штришок: "В бытность свою в Симбирске неликий Тургенев взял однажды на руки Шелоковникова - тогда еще малютку - и пророчески воскликнул: "Вот мой продолжатель!" - Но.. ведь этого.. не было! - А почем вы знаете? Вдруг было, да вы по младенчеству не обратили внимания.

Если бы детей должны были рожать не женщины, а мужчины, – они бежали бы от женщин, как от чумы…

У тебя глаза горят, как две звездочки, улыбка твоя туманит голову, а голос твой проникает в самое сердце и прямо переворачивает его.

Зоя, имя легкое, не имеющее веса, золотистое, все насквозь пронизанное желтыми лучами солнца, вызывающее мысль о светлых, коротко подстриженных кудрях и тонкой атласной коже с голубыми жилками; губки розовые, ножки маленькие, голосок, как серебряная ниточка.

«Понять женщину легко, но объяснить ее трудно. Какое это нечеловеческое, выдуманное чьей-то разгоряченной фантазией существо! Что может быть общего между мной и ею, кроме физической близости и примитивных домашних интересов?»

Она упала на диван, и слезы, как вешние воды с гор, хлынули из глаз ее.

Жалость, жалость, огромная жалость к ней огненными языками лизала мое черствое, одеревеневшее сердце.

Зубами прикусываю нижнюю губу; лишний раз убеждаюсь, что кровь у меня солоноватая, с металлическим вкусом. Как вампиры могут пить такую гадость?

Мышьяк при некоторых болезнях очень полезное средство; но если человека заставить проглотить столовую ложку мышьяку — оба бесцельно погибнут. И человек, и мышьяк.

Личный разговор это письмо, которое можно растягивать на десятки страниц; разговор по телефону — телеграмма, которую посылают в случае крайней необходимости, экономя каждое слово.

- Отчего я такой сильный? Исключительно от сахара. Да еще сырую морковь ем, как заяц. Поэтому медный пятак мне согнуть в трубку ничего не стоит. - Ну, вот тебе пятак - согни его. - Зачем же его портить, - хладнокровно говорил Новакович, опуская пятак в карман, - он мне на трамвай пригодится. - Экий ты, братец. Ну, вот тебе еще пятак - согни. - Вот спасибо. На первый пятак я проеду только туда, а на второй смогу вернуться обратно.

- Ваш любимый писатель? - Пушкин. - Так и занесем: "Пушкин и Достоевский".

У философов и у детей есть одна благородная черта - они не придают значения никаким различиям между людьми - ни социальным, ни умственным, ни внешним.

- На какие языки переведены? - Собственно, еще ни на какие... - Так и запишем: "Две поэмы вышли в английском переводе в "Меркюр-де-Франс".

Говорят, при каждом человеке состоит ангел, который его охраняет. Когда ревизор <…> засмеялся, ангел городового Дымбы заплакал.

... незаметно нахлобучилась на беспокойную голову столицы сырая петербургская ночь.

В нём умер Нерон, и слава богу, что умер.

когда вам нечего говорить - сидите молча