Цитаты из книги Принц и гвардеец

Никогда прежде мне не приходилось видеть даму в ночной сорочке, и хотя эта юная особа в данный момент не отличалась изяществом движений, выглядело это все равно до странности притягательно.

Гвардейцы тоже поедали ее взглядами, и меня это почему-то задело.

— Отставить, — вполголоса произнес я. Оба смущенно закашлялись и вернулись на свои места по сторонам от дверей. — Стойте здесь, если только я вас не позову, — велел я и вышел в сад.

Все, что мне оставалось, – терпеливо ждать и предоставить Америке время на размышление, которое, похоже, ей необходимо. По правде говоря, оно необходимо нам всем.

Не испытай я на собственной шкуре, насколько жестоки они могут быть, то нашел бы это даже забавным

– Это данность. Небо голубое, солнце светит, Аспен любит Америку. Так устроен мир.

Хватит с нас уже смертей, хватит боли.

«Аспен, это не твое дело. Ты здесь для того, чтобы защищать монархию. И ни для чего больше. Сосредоточься на Америке. Весь остальной мир может катиться к чертовой матери, главное сейчас – встретиться с ней».

Ты машешь кулаками не в той драке

– Та, что рискнула жизнью ради любимого, определенно заслуживает, чтобы ее называли леди.

– Зачем ты вообще предложила мне свою помощь, если так думаешь обо мне?

«Я жажду кому-то довериться. По-настоящему кому-то довериться. И кажется, хочу, чтобы этим человеком стала ты, даже если ты и не останешься во дворце».

– Не нужна мне ваша жалость, – ледяным тоном отрезала она. – Жалейте лучше самого себя. Вы найдете себе жену, потому что родители так велели, но настоящей любви вам не видать – вы ее уже упустили.

Поцелуйте меня. Если вы сможете поцеловать меня и после этого утверждать, что не испытываете ко мне никаких чувств, я никогда больше не заговорю на эту тему.

– Знать – еще не значит любить

умение принять помощь – это тоже в некотором роде сила

Америка уткнулась лицом мне в грудь, как будто пыталась скрыться у меня под ребрами. Очень хотелось обнять ее и прижать к сердцу так крепко, чтобы она стала его частью, защитить от боли, которую она могла встретить на своем пути.

Судя по ее реакции на все, что случалось на публике, наверное, она чувствовала себя беспомощной, сталкиваясь с вещами, которые происходили за закрытыми дверями. У нее было много талантов, и все же…

Наконец-то я был в состоянии произнести эти слова без ощущения, что сейчас разорвется сердце. Раньше мне было больно об этом говорить, потому что я все еще нуждался в нем. Как и мы все.

Жена была для него тем же, чем для меня Америка. Из-за нее он постоянно был начеку.

Я на его месте куда больше переживал бы за сохранность собственной головы, чем любой информации.

И, прежде чем она успела возмутиться, а я выкинуть еще какую-нибудь глупость, я удалился.