Цитаты из книги Цианид

Женщина не обязана быть женственной, а мужчина не обязан быть мужественным. Женщина не обязана стоять у плиты в кружевных чулках, а мужчина не обязан качать бицуху и изображать из себя Дуэйна Скалу Джонсона 24/7. Любой человек уникален и прекрасен, а женственность и мужественность – просто ярлыки, которые не несут никакой пользы. Наоборот, только калечат тех, кто не влезает в рамки.

Мы с Митчеллом стоим, как преступники в луче прожектора. Ну или как звезды Бродвея на засыпанной листьями сцене.

– Мучитель из тебя не очень. Просто беда.
– Вот черт. Надеюсь, с этим можно как-то жить.

– Жесткие меры? Это какие же?
– Не знаю, увезу тебя в кофейню и буду поить кофе, пока не лопнешь.
– Запредельная жестокость.

Чувство дежавю внутри сильнее порывов ветра и шума дождя

Небо все записывает в свой голубой блокнотик.

Господи, я настолько неадекватна, что даже галлюцинирую без наркотиков! А что же будет завтра? Я прыгну с балкона, а на него укажут пальцем? Я наглотаюсь таблеток, а его назовут дилером? Я буду разжигать костер, а ему придется танцевать на углях?

То, что случилось в спальне родительского дома, – всего лишь еще один осколок, а осколков этих во мне и так засела сотня. Так что не важно, одной раной больше или меньше.

Если бы можно было умирать от смущения, то я бы уже давно лежала вот тут посреди гостиной, остывшая

Сказал это с абсолютно серьезным лицом, только в глазах прыгали чертики

До тех пор, пока он добр к тебе, пусть будет хоть дилером, хоть шулером, хоть блогером

Но скоро до меня дошло, что удивило ее совсем другое: Митчелл. Мама так долго разглядывала его, словно вообще не узнавала или не могла поверить, что он может выглядеть, как адвокат из ее конторы. А потом – я глазам своим не поверила – протянула Митчеллу руку. Наверно, выпила столько валерьянки, что опьянела, – другого объяснения я просто не находила.

У моей семьи нет страха ни перед чем. Ни перед людьми, ни перед богом, ни перед совестью

Боже, пусть эта пташка окажется не слишком интересной добычей для кота, и он бросит ее прежде, чем искалечит.

Я в счастливых отношениях с мужчиной, который любит и ценит меня. И единственная причина, по которой я сейчас говорю с тобой, – это женская солидарность и абсолютная уверенность в том, что никто не заслуживает физического или психологического террора.

любовь – концентрированная, как мед, как сахарный сироп, в котором погибнет все гнилостное и плохое.

Оказывается, любить адекватного человека так просто и легко. И совсем не страшно

Заключенной. Вот кем я стала в доме собственных родителей. Заложницей без своего мнения, без права обсуждать что-либо, без надежды на освобождение.