Цитаты из книги Собачье сердце

Пойти, что-ль, пожрать. Ну их в болото.

О, глаза значительная вещь. Вроде барометра. Всё видно у кого великая сушь в душе...

- Во-первых, мы не господа!
- Во-первых, вы мужчина или женщина?

И — боже вас сохрани — не читайте до обеда советских газет.
— Гм… Да ведь других нет.
— Вот никаких и не читайте.

– Никого драть нельзя, – волновался Филипп Филиппович, – запомни это раз навсегда. На человека и на животное можно действовать только внушением. Мясо ему давали сегодня?

"Надежда обжигала его сердце."

"Лицо Короткова сменило гнилую зеленую плесень на пятнистый пурпур".

"Оказия, прости Господи, куда я, туда и он с своим тромбоном!"

"Какая тебе польза от цирка? А? А в театре тебя просвещать будут…"

– Лучше б убил, ей бо… – Неужто плакал? – с любопытством спрашивал котелок. – Ей… бо… – уверял Панкрат. – Великий ученый, – согласился котелок, – известно, лягушка жены не заменит. – Никак, – согласился Панкрат.

– А нельзя ли, чтобы вы репортеров расстреляли? – спросил Персиков, глядя поверх очков. Этот вопрос развеселил чрезвычайно гостей.

Осторожно: яйца!

— Ну, желаю, чтобы все... — И вам также,— с некоторой иронией отозвался Борменталь.

Почему убрали ковер с парадной лестницы? Разве Карл Маркс запрещает держать на лестнице ковры? Где-нибудь у Карла Маркса сказано, что второй подъезд калабуховского дома на Пречистенке следует забить досками и ходить кругом через черный двор? Кому это нужно? Угнетенным неграм? Или португальским рабочим? Почему пролетарий не может оставить свои калоши внизу, а пачкает мрамор?

Я красавец! Очень возможно, что бабушка моя согрешила с водолазом.

Ведь это же дурная наследственность. Пакостнее и представить себе ничего нельзя.

Когда Бронский появился в кабинете, Персиков настолько простёр свою ласковость, что рявкнул ему: «Садитесь!»

«Спасибо, кончено», – мечтательно подумал он, валясь прямо на острые стёкла:

– «Прощай, Москва! Не видать мне больше Чичкина и пролетариев и краковской колбасы. Иду в рай за собачье долготерпение. Братцы, живодёры, за что же вы меня?

- Отчего у вас шрам на лбу, потрудитесь объяснить этой даме,..
Шариков сыграл ва-банк:
- Я на колчаковских фронтах ранен, - пролаял он.