Пусть он невидим! Пусть далёк он!
Но в грохоте парижских дней
Всегда, как в медальоне локон,
Санкт-Петербург — в душе моей!
(«Дама в карете» Николай Агнивцев)
Надежда Тэффи рассказывает о тех, с кем дружила и кого знала. Не без юмора, но с теплотой и невероятной нежностью она вспоминает Аверченко, Куприна, Андреева, Сологуба, Бальмонта… Тэффи не делает их святыми, подмечает не самые лучшие черты характера, но ни о ком, даже о тех, кто ей не нравился, не написала зло. В «Тяжёлой душе» Злобина говорится, что у Тэффи на Гиппиус и Мережковского получился пасквиль – то, как она описала их реакцию на смерть Философова. Но мне кажется, это от недопонимания.
Наверное, самая трогательная глава посвящена Илье Фондаминскому, Илюше, который из «маленьких кирпичиков» добрых поступков «строил высокую башню».
«Парижские зимы» – уютная, тёплая, добрая, ностальгическая книга. Полная нежности к ушедшему и ушедшим. Это память. Это дымка Серебряного века.
17 понравилось
