Цитаты из книги Книжные черви. Том 3

Политика, - Мария, - это совокупность факторов. Много рутины. Много общения. Много-много лжи. И ещё, конечно же, контроль.

• Наверное, когда человек умирает, он разделяется на миллионы бессмертных атомов и уходит к звездам…

Вся хитрость в том, - ухмылялся Великий Комбинатор, - что мало кто решает ломать систему изнутри.

Когда становится совсем страшно и невыносимо, живые любят прятаться в историях. Любят придумывать героев. Любят смотреть на реальность не своими собственными глазами, а чужими. И герои делают их сильнее, помогают справиться с проблемами!

— Что ты умеешь? Ездить верхом? Охотиться? Стрелять или фехтовать?
Мэл скорчила презрительную гримасу.
— Ты бы ещё спросил, умею ли я топить печь. Или читать зверинные следы.
В современном мире это все не нужно.
Вождение, компьютерная грамотность, финансовая стабильность, навык абьюза. Это все, что у тебя сейчас должно быть для успешности.

— Как ты меня назвал? — прокуренным голосом прохрипела девица.
— Сударыня... —растерянно повторил мужчина.
— С Питера, что-ли?

— Но ты же захватил свои револьверы?
— Нет, конечно, зачем? —наивно моргнул дворянин.
Всё собравшиеся посмотрели на Онегина как на идиота.
— Желательно, чтобы они были с тобой всегда,— спокойно сообщила Марго.
— А если меня остановят? — вполне резонно заметил, Онегин, — Я что-то не вижу людей, праздно шатающихся по городу с оружием!

Нам нужен повод, Женя. Одних людей, которых хотим сохранить для себя, как любимую вещь, мы оправдываем, верим, что в них есть что-то хорошее. Других...напротив. Найдём сотни причин, почему они недостойны жизни.

Я думаю, что когда-то мы были голосами эпохи и её лицами. А теперь другая эпоха. И наши лица здесь превращаются в уродливые морды.

Женщина молчала. Катерина задавала правильные вопросы. В ней не до конца проявилась её суть, и было что-то детское и человеческое. Она хотела уйти и смело говорила об этом. О том, о чём молчали другие призванные. Молчалин, Андрий и Кирсанов, казалось, были в восторге от этой жизни, им не приходилось посещать комнату. Им не приходилось вспоминать про своих авторов. Их не пытались ломать.

Настасья не хотела вспоминать. Чёрный Человек умел убеждать. Чёрный Человек умел заставлять ненавидеть. Он заставлял вспоминать, как её создатель насмехался над ней, как убивал её, как придумывал ей страдания. Как бесчеловечно это было.
– Мы камушки соберём и уйти сможем, да? – не дождавшись ответа на первый вопрос, ребёнок уже задал другой.

️Марго, мы такие же люди. Мы так же чувствуем, как и те, кто нас создал. Мы смеёмся, мы плачем, мы любим и жертвуем. Те же самые процессы, что и во всех остальных людях. Было бы, наверное, здорово состоять из каких-нибудь чернил, не чувствовать боли или совсем не переживать...

– Ножницы нужны, – мрачно буркнул он.
Ни слова не говоря, Евгений достал со своей верхней полки небольшой пенал. Из пенала – герметичный пакетик, в котором лежали ножницы, зажимы, скальпели и множество других хирургических инструментов.
– Док, ты их везде с собой таскаешь?! – вытаращился на товарища парнишка.
Евгений посмотрел на Сашу как на идиота. Конечно, он таскал инструменты с собой везде. Как вещи первой необходимости. Как паспорт. Разве можно выйти на улицу и не взять зажим Кохера?

" Жила-была одна девочка, которая,уж не знаю как,получила в подарок жемчужное ожерелье. То самое ожерелье Калиостро,могущественный артефакт,способный воплощать героев книг в мире их создателей"...

- Да что случилось?! - воскликнул дворянин. - Олег написал! - восторженно выпалила Мэл. -Что ещё за Олег? - подозрительно поинтересовался Онегин. - Ну как?! Ну Олег! Он с одиннадцатого класса. Он, такой, такой... Что я должна ему ответить? - Что угодно, лишь бы не в стихах!