Цитаты из книги Pet Sematary

Стук земли становился все глуше, а потом и вовсе затих - теперь комья ложились поверх других комьев с глухими, мягкими хлопками. Луис бросил в яму последнюю порцию земли (никогда не хватает, вспомнились ему слова дяди, владельца похоронного бюро, сказанные, наверное, тысячу лет назад, вынутой из ямы земли никогда не хватает, чтобы засыпать могилу полностью) и повернулся к Джаду.

«Я восемь лет работал врачом и в одночасье стал кладбищенским вором — наверно, так обычно и бывает».

«Алло, полиция! Я только что видел, как самый старый и неуклюжий в мире ребенок карабкается на ограду Дивного кладбища. Похоже, он хочет там помереть. Да, все это выглядит подозрительно. Приезжайте, пожалуйста».

На кладбище могильщики обычно тушили сигареты — курить считалось нехорошо: слишком многие клиенты умирали от рака легких.

Пьян. Конечно. И теперь он надеялся трезво рассмотреть эту проклятую идею, что заставила его напиться.

У туземцев на этой планете есть странный обычай: когда кто-нибудь из их детей умирает, они «идут пообедать».

Ты ищешь причины... они кажутся тебе разумными... но ты просто хочешь видеть их такими. Или они этого хотят.

Может быть, смерть иногда лучше. Но дети этого не знают.

Многие лгут своим женам, но ты знаешь, что большинству при этом не в чем каяться перед Богом.

Иногда люди делают то, что им кажется правильным. А потом, когда они подумают над тем, что они сделали, начинают сомневаться и задавать вопросы. И им кажется, что они сделали глупость. А они не думают, что прежде всего, когда что-то делаешь, нужно спрашивать свое сердце?

Можно учиться двадцать лет, и все равно ты не сможешь помочь человеку с дыркой в черепе.

Надо уметь принимать жизнь такой, какая она есть, иначе точно окажешься в маленькой комнате с мягкими стенами..

Все книги о смерти, которые он читал, говорили, что обычно первым импульсом бывает как можно скорее уехать… и что потворствовать этому импульсу чрезвычайно опасно, поскольку отъезд лишь подчеркнет нежелание примириться с новой реальностью. В книгах говорилось, что лучше всего остаться на старом месте и побороть печаль, стоя на родной земле, пока она не перейдет в память

Прошлой зимой Рэчел купила десять упаковок «Шлица» на распродаже в Брюэре. «Нечего тебе мотаться в Оррингтон каждый раз, когда захочется выпить, — сказала она тогда. — Ты всегда цитировал мне Роберта Паркера, дорогой: «Любое пиво, которое найдешь в холодильнике, когда закроются магазины, — хорошее пиво», так? Так пей и думай о том, сколько ты сэкономишь»

Он мог ехать, но предпочел отправить тестю его внуков, его дочь и привет

Наверное, не существует пределов ужаса, которые может испытывать человек.

Мы принимаем силу тяжести за аксиомы, это и есть вера

Старики вообще плохо спят. Как будто стоят на страже. Кого они охраняют? И от чего?

На таких вот суровых и грубоватых женщинах, как Чарлтон, и держится вся практическая медицина.