Цитаты из книги Алмазный мой венец

Выпадение из памяти всегда мучительно. Вы слышите хорошо знакомую музыку, но как она называется – забыли. Идет хорошо вам знакомый человек, но его имя выпало из памяти. Распалась ассоциативная связь, которую так мучительно трудно наладить.

Эти стихи были одновременно и безвкусны и необъяснимо прекрасны.

Фея была тоже в медицинском халате, но профессорском, более высокого ранга – белоснежно накрахмаленном, из-под которого виднелись оборочки нарядного платья и стройные, элегантно обутые ноги, – чуть было не написал «ножки», что было бы весьма бестактно по отношению к профессору.

"...он хотел назвать ее «Прощание с жизнью», но не назвал, потому что просто не успел."

В Париже всегда осенний сезон ознаменован появлением какого-нибудь гения, о котором все кричат, а потом забывают.

"... воспоминания безмолвно предо мной свой длинный развивают свиток; и с отвращением читая жизнь мою, я трепещу и проклинаю и горько жалуюсь и горько слезы лью, но строк печальных не смываю".

Он принадлежал к тому довольно распространенному типу людей никогда и ни в чем не сомневающихся, которые живут по незыблемым, раз навсегда установленным правилам. Его моральный кодекс ка бы безоговорочно включал в себя все заповеди Ветхого и Нового заветов.

В истоках творчества гения ищите измену или неразделеную любовь. Чем опаснее нанесенная рана, тем гениальнее творерия художника, приводящие его в конце концов к самоуничтожению.

Вообще взаимная зависть крепче, чем любовь...

Он никогда не подчинялся общему мнению, чаще всего ошибочному.

"Вы плачете, Агнесса, вы поете, и ваше сердце бьется, как и встарь. Над старой книгой в темном переплете весна качает голубой фонарь"...

С. Кессельман