Цитаты из книги Псоглавцы

"Обычный итог использования интернета при неконкретно или некорректно сформулированном запросе: бездна сведений, нулевой результат."

"А если он и вправду наткнётся на псоглавца?.. Кирилл остановился. Нет, такого кошмара ему не надо. Хорошо играть в истребителя вампиров, но не здесь и не в одиночку..."

"Он никогда не был пугливым, но сейчас твёрдо понимал: здесь ему страшно. И не важно, оправдан этот страх или же самовнушение. Со страхом надо бороться, вот и всё."

"Нет, сколько ни отмахивайся от мороков собственного воображения - не помогает, слишком тут всё зловеще. Страх рождается сам, как испарения на болоте."

"Что бы ни случилось, женщина думает о том, кого любит."

"И Кириллу тоже стало страшно, непонятно почему. Непролазный комариный лес, пустынная дорога, дым торфяных пожаров, зной нечеловеческий... Вековая тишина. Суровая река Керженец, где двести лет по чащобам прятались раскольники, молились, строили храмы, сжигались заживо и чёрт их знает какую нечисть приворожили. И ещё немая, которая вдруг заговорила. И ещё эти молчаливые псы..."

Тебе только кажется, что можешь помочь. Это ложное ощущение. Понимаешь, всё ведь не просто так. Люди выбрали именно такой образ жизни. Да, порой они кричат и плачут, но в целом их всё устраивает.

Этот ужас — куда большая тайна, чем нагота в постели, и сейчас Лиза отдавалась Кириллу уже по-настоящему, потому что лечь в постель — это просто близость, а спасти того, кто от тебя отрёкся, — это любовь.

Если Лиза хочет к нему, то должна дать больше, чем у него уже есть. А у него есть Москва. Что может быть больше этого?

В играх возможно всё, поэтому они туфта. Но лучше всё, чем ничего. Как здесь, в херовом офлайне.

Если в зону Чернобыля нельзя ходить, чтобы не облучиться, то сюда нельзя ходить, чтобы не упроститься до уровня животного. Если в Чернобыле станешь мутантом, то здесь… станешь оборотнем.

Жить… не страшно. Страшно… уйти.

Нищая деревня — та же зона.

Нет работы, власти, магазина, дорог, газа, водопровода — ну и что? Их заменили картошкой, воровством, самогоном, мордобоем, дровами. Всё это — вечное, потому что элементарное.

Здесь люди ходят на двух ногах, носят штаны и говорят, но живут неизменно, как животные, — не зря, видно, их предки поклонялись человекозверю.