Цитаты из книги Дома костей

Он был надежным, улыбчивым и всегда находился рядом...
Пока не исчез.
Он умер. В этом Рин не сомневалась. Только смерть могла помешать ему вернуться домой.

С помощью карт выигрывают войны. Прокладывают торговые пути. Благодаря картам можно спасать или губить жизни - все зависит от линий,  нанесенных пером на пергамент.

Когда она решила положить конец проклятию, её целью было спасти жизни, а не отнять их во второй раз.

Медлить – значит погубить все.

– Ты сумела, – выговорила Рин. – Ты перебралась через озеро, сумасшедшая. И аванк тебя не съел? – Она сморщила нос. – Вообще-то я его за это не виню. Аппетитной тебя не назовешь.

– А я все равно попробую. И даже если оно выдохлось и превратилось в уксус, я смогу потом говорить, что пила вино короля иных у него в крепости. Будет что рассказать внукам. – Не буду даже пытаться помешать тебе исполнить мечту, – сухо пообещал Эллис. – И постараюсь вовремя поймать, чтобы ты не свалилась.

– Так не надо было заводить дружбу с могильщицей, – парировала Рин. – Взял бы с собой булочника или кузнеца.

– Я бы извинился за то, что из-за меня мы еле тащимся, – тяжело дыша, сказал он, – но боюсь, ты спихнешь меня с этой скалы.

– Ну, знаешь! – шепотом сказала она. – Могла бы и предупреждать, что это ты, вместо того чтобы пугать людей.

Ей следовало быть внимательнее к нему, ведь именно так он поступил бы, если бы пострадала она. Он добрый и заботливый, а она… она просто девчонка, которая не расстается с топором и рубит мертвецов.

«Если мы выживем, – подумалось Эллису, – наверное, барды будут слагать о нас баллады. „Могильщица, картограф и мертвая коза“».

– Конечно, догонит. Она ведь не позволила смерти разлучить ее с нами. Она нас найдет.

– Картограф – это не князь. – С досадой он повернулся к Адерин: – Дождусь ли я когда-нибудь, чтобы на меня посмотрели и сразу поняли – картограф? – Скорее всего, нет, – ответил вместо нее парнишка. – Все дело в твоих сапогах, – пояснила Адерин. – И в том, как ты говоришь, – усмехнувшись, подхватил парнишка. – И в волосах. – Адерин с улыбкой переглянулась с внезапно появившимся союзником. – Слишком уж они опрятные.

Шум шагов привлек внимание, Эллис поднял голову и увидел приближающегося парнишку, с которым недавно разговорился. Его лицо раскраснелось, словно он недавно умылся, волосы тоже были влажными, и в целом он имел взъерошенный вид бродячего кота, чудом избежавшего купания.

– Проснулся? – спросила Адерин, не глядя на него. – Когда я уходила, ты спал как убитый. Хорошо, что ты хотя бы не храпишь. – Зато храпишь ты, – улыбнулся он.

– Не люблю напиваться до беспамятства. Лучше уж бодрствовать и мучиться от боли, чем валяться без чувств.

– Нет, я ищу здесь родителей, – объяснил Эллис. Парнишка прищурился: – Так ты здешний? Что-то непохоже. – Я вырос в Каэр-Аберхене. Князь взял меня к себе. Брови парнишки изумленно взлетели. – И ты сбежал со служанкой?

– Сбежал вместе с той девчонкой? – продолжал расспросы собеседник. – Тогда кто же из вас тот самый? Наверняка ты – такой бледный и тощий. Эллис нахмурился: – Бледный и тощий? – Видно, девчонкам такое нравится. – Парнишка словно пытался разгадать загадку. – А почему – хоть убей, не понимаю.

Эллис заметил, куда смотрит Рин, и нахмурился:

– Она умерла?

– Она мертва уже некоторое время, – сухо напомнила Рин. – А если ты спрашиваешь о том, стала ли она неподвижной как мертвые… Так ведь начинается день. Полагаю, если она такая же, как остальные дома костей, то снова встанет лишь с наступлением темноты.

– Раньше такого не случалось. Просто не случалось, и все. Животные не превращались в дома костей, а дома костей не восставали за пределами леса. Ты знаешь, что это означает? Потому что я не знаю.