Айвенго. Квентин Дорвард

Часто приходилось слышать, что "Айвенго" лучший из рыцарских романов. Он, конечно, лучший, но с терминологией следовало бы разобраться. Рыцарский роман - это не роман о рыцарях, это особый жанр, который еще именуется куртуазным романом - особый вид средневековой эпической поэмы. Так что произведение Вальтера Скотта никак под это определение не попадает. Поэтому "Айвенго" правильнее было бы считать лучшим историческим романом об эпохе рыцарства, так будут вернее.

Книга невероятно увлекательная, именно увлекательность я бы поставил на первое место среди её качеств. А уж из произведений Вальтера Скотта, который, что греха таить, умеет быть бесконечно скучным, "Айвенго" без сомнений, самый увлекательный роман, с ним в этом отношении частично может поспорить еще только одно произведение автора - "Квентин Дорвард".

В плане исторической достоверности, "Айвенго" не из тех книг, в которых её стоит искать, это, скорее, скрепленное в единое нечто, собрание народных легенд. Здесь и любимец английского простонародья - легендарный Робин Гуд (в романе - йомен Локсли) со своей ватагой, и подлый и коварный принц Джон, и добрый и благородный король Ричард Львиное Сердце.

На самом деле первые легенды о Робин Гуде будут записаны только через 150-200 лет после описываемых событий, принц Джон не был средоточием зла, а Ричард Львиное Сердце, наоборот, не был образцом благородства, но это игнорируется, как читателями не знакомыми с реальной историей, так и её знатоками, поскольку трактовка Вальтера Скотта способствует как раз увлекательности сюжета.

Но есть в романе и исторически достоверные ноты - это столкновение молодой нормандской знати и представителей старых родов англосаксонской аристократии. Этот конфликт и вынесен в центральный сюжет романа, на его фоне и развивается романтическая линия любви молодого рыцаря Айвенго и прекрасной леди Ровены.

Но Ровена не стала самым удачным женским образом романа, её затмила несравненная Ребекка, дочь еврейского ростовщика Исаака, с её неразделенной любовью к главному герою. Вальтер Скотт пошел на рискованный для его времени шаг - изображение евреев в качестве положительных героев. Возможно, это было первое большое произведение европейской литературы, благоприятное еврейству.

В уходящем году блестящий роман Вальтера Скотта отмечает большой юбилей - ему исполняется 200 лет, и все эти 200 лет всё новые и новые поколения зачитываются нестареющим романом, заново переживая удивительные приключения главных героев.

Один из двух, самых удачных романов Вальтера Скотта, которые отличаются завидной запутанностью интриги и стремительной динамикой. Приходится признать, что в большинстве своих произведений шотландский классик довольно скучноват, и часто даже зануден. Для начала XIX века такой темп был, возможно, и оправдан, но современного читателя подробное описание обстоятельств, размышлений, видов и интерьеров частенько утомляет, особенно, если очень долго "ничего не происходит".

Но "Квентин Дорвард", как и "Айвенго" - второй роман из тех, которые я выделяю в общем потоке творчества Скотта, зажигает с первых страниц и выдерживает предложенный темп на всем своем протяжении. Общепринято считается, что "Айвенго" - лучший роман писателя, я не хочу спорить с таким утверждением, но в моем личном рейтинг он стоит только на втором месте, потому что первое отдано красочному повествованию о приключениях гордого шотландского стрелка по имени Квентин Дорвард и прекрасной бургундской дамы Изабеллы де Круа.

Может быть, причина такого предпочтения кроется в том, что "Квентин" был прочитан мною раньше, и я - четырнадцатилетний пацан - просто влюбился в эту книгу. "Айвенго" будет только через два года, видимо, к тому времени я уже в какой-то степени повзрослел, и принял новый роман не так близко к сердцу. Но, что интересно, потом я, считая, что Вальтер Скотт - это всегда "круто", начинал читать "Роб Роя", "Уэверли" и "Пуритан" и все три романа были брошены, так и недочитанными. Правда, было это всё тогда же - в юности, и, возможно, сегодня я взглянул бы на них иначе. Я все надеюсь дать этим книгам когда-нибудь второй шанс, тем более что моего внимания до сих пор дожидается восьмитомник Вальтера Скотта, имеющийся в моей личной библиотеке.

Фоном для сюжета романа автор выбрал очень интересный исторический эпизод из истории средневековой Франции. Это, наверное, единственный из самых известных романов писателя, действие которого происходит не на туманном Альбионе - в родной ему Шотландии и исторически неизбежной для его родины Англии. Это компенсируется тем обстоятельством, что главный герой все же - шотландец.

В самом разгаре схватка между королем Франции Людовиком XI, старым и опытном интриганом, и Карлом, герцогом бургундском. Перед нами один из последних ярких эпизодов периода феодальной раздробленности, Карл всеми силами стремится получить королевский титул и сделать Бургундию самостоятельным королевством, Людовик же тоже из последних сил пытается этому помешать и вернуть непокорную Бургундию в состав своего королевства.

По иронии судьбы одним из камней преткновения становится прекрасная бургундская графиня Изабелла, на руку которой и у герцога Карла и короля Людовика есть претенденты, её предстоящий брак становится ставкой в большой политической игре.

Квентин Дорвард, стрелок шотландской гвардии короля Людовика, был приставлен им к Изабелле для охраны, чтобы доставить её в Льеж, на который должен был напасть союзник короля граф Гийом де Ла Марк, который и предназначался прекрасной Изабелле в женихи. Всё так и случилось, но, пока Изабелла добиралась до Льежа, кое-что произошло.

На фоне всей этой феодальной вакханалии между прекрасной бургундкой и молодым, но бедным, шотландским дворянином вспыхивает настоящая любовь. И вот эта любовь смешала все карты и королю, и герцогу.

Концовка книги насыщена интригами, плетущимися обеими сторонами, ситуация все время меняется, эмоции выплескиваются через край, Изабелла отвергает самого герцога Орлеанского, предложенного ей в женихи. И тут наступает благоприятный момент для влюбленных, который так напоминает ситуацию из песни Высоцкого про "лучшего, но опального" стрелка. Помните: "если завтра победишь чуду-юду, то принцессу поведешь под венец".

Правда, вместо принцессы только графиня, вместо чуды-юды тоже граф, тот самый Гийом де Ла Марк, но в целом ситуация очень похожая. И пусть в песне стрелок отказывается от награды: "а принцессы мне и даром не надо, чуду-юду я и так победю", но в романе всё развивается по правильной траектории - и злодей повержен и свадьба сыграна.

А для тех, кому интересно, что было дальше сообщаю, что в 1477 году войско Карла было разбито под Нанси и сам герцог там же и погиб. Одна из причин поражения, между прочим, предательство кондотьера Кампобассо, это первый жених, которого пытался подсунуть Изабелле де Круа герцог Бургундский в романе. А земли Бургундии были разделены между Францией и габсбургской Священной Римской империей.

Не могу не отметить роковое стечение обстоятельств, по воле которого я как раз не так давно смотрела старый английский фильм "Лев зимой". Фильм прекрасный и сумасшедший, всем советую, и именно он помог мне надеть человеческое лицо на политический конфликт, лежащий где-то глубоко на фоновых слоях романа Вальтера Скотта. Без него, признаюсь, книга для меня превратилась бы в сентиментальную историю о храбрых рыцарях, прекрасных дамах, коварных злодеях, веселых разбойниках - в общем, в сплошную мелодраму в декорациях средневековья, не очень богатую на сюжетные повороты. Понимание же разногласий между Ричардом Львиное Сердце и его братом Джоном Безземельным, равно как и семейной свары ранних Плантагенетов в целом, а также отношений с французским королем Филиппом, пусть и в авторской трактовке Джеймса Голдмена, привело меня сперва в Вики за дополнительной информацией, а потом - и к весьма неожиданным выводам. Конец XII века, наверное, покрыт в моих размягченных мозгах такой же тьмой, какой было покрыто в свое время всё средневековье. Портреты в странном стиле [1], [2] создавали в дебрях закольцованных мифологических связей поистине сюрреалистические представления. Зловещие леса, ведьмы за каждым углом, романтический ореол далёкой войны в экзотических странах, карта мира в белых пятнах и люди с собачьими головами. Население жило в самом настоящем фэнтези, среди красивых пейзажей, развалин замков, магии и бессмертия, столь же реальных для них, как и всё остальное. Иногда полезно бывает взглянуть на это не с позиции унылых страниц учебников истории, а глазами самих участников этой истории. Осознание, что это всё были живые люди, а исторические события - не плод работы процессоров Матрицы... Ммм, ну не знаю, наверное, это таки бесценно. Именно это когда-то потрясло меня у Сервантеса - перед тобой живая история, века и эпохи расступаются. Но где Сервантес и где Скотт, тем более что "Айвенго" - всего лишь исторический роман и разница там была еще больше. Что-то мне жутко хочется после такого найти действительно средневековую литературу и запилиться в нее. Брр, странные желания, нельзя мне заниматься такими вещами, я от них умнею.

Так вот, к чему были все эти длинные расшаркивания? К тому, что слишком часто вижу я отзывы, что мол книга для подростков, здесь одни любовные интриги да приключения. Ну да, если смотреть только на приключения, то и увидишь приключения. А по-моему, Скотт, замаскировавшись бряцанием оружия и пылью дорог Палестины, вываливает дохрена серьезных исторических вопросов. Самоопределение Англии в культурно-политическом конфликте саксов и норманнов. Автор наверняка тоже был неравнодушен к теме, как и из чего сложилась психология его страны. А как остро он ставит вопрос гендерного ада, который что в XII веке царил, что в XIX походу не сильно поугас. Все эти галантные рыцари, служащие прекрасным дамам, настолько прогнили в своем шовинизме, что воспринимают этих дам в лучшем случае как бессловесную деталь интерьера, алгоритм, символ - что угодно, только не личность, имеющую такое же право на собственное мнение и внутренний мир, как и они сами. С самого начала, когда упоминается неземная красота леди Ровены, я поняла - грядёт жопа. Ровена еще пожалеет, что не родилась горбатой. Обеим героиням пришлось настолько несладко, что их было жалко отнюдь не как выдуманных персонажей. Скотт, мне кажется, сознательно делает их еще и такими разными - чтобы показать противоположные линии поведения. Девушка-прекрасная-фиалочка "нет, не трогай, пощади" и девушка-сильная-гордая "я лучше сдохну, отвали, скотина". Ревекка - на сто порядков живей и интересней, но она же еврейка, а прекрасные принцы достаются блондинкам. Вот, и это еще один краеугольный камень - вопрос национального угнетения. Не буду врать, что мне был сильно симпатичен Исаак, который, отправляя людей выкупать дочь из плена, торговался за каждую копейку, но суть же не в этом. Здесь столько разных характеров, разных проявлений, что полная картина складывается даже против воли, несмотря на розовые очки, которые могут быть на глазах у читателя. Да, были среди евреев не самые приятные люди, но ведь и среди тамплиеров были распоследние мрази, а вот что из-за какой-то херни столько веков гнобили кучу народа - лишний камень в огород всяким религиям. Серьезные вопросы на этом не заканчиваются, но вы лучше читайте сами и следите за своими эмоциями. Чуть где ёкнуло что-то неприятное в душе - значит, проблема. По вышеупомянутой религии еще много раз прошлись и в разных аспектах, как и по крепостному праву и прочим угнетениям, неуважениям и спесивым болванам в консервных банках на пустых башках.

Впрочем, консервы тут тоже были хороши. Не могу не признать, что приключенческая составляющая вряд ли оставит равнодушным любителей средневекового антуража и пафосных речей. Тут вам и турниры, и крестовые походы, и опальные короли, и дворцовые интриги, и девушки в руках злодеев, и подземелья замков, и веселые трикстеры, и коварство, и благородство, и запретная любовь (яойщицы, молчать, это не та любовь, в средние века заморочки были другими). Жизни героев постоянно висят на волоске, они страдают, сражаются, дурят всем головы, пьют как кони и клянутся в верности. Значительную роль в сюжете играет и шайка Робина Гуда, а я его обожаю, так что было чему порадоваться. Надо обязательно упомянуть, какие тут были суперские персонажи и характеры. Про девчонок я уже рассказала, про смешного Исаака тоже упомянула. Шут Вамба был вообще атас, равно как и дерзкий монах, а с "ленивого рыцаря" можно нехило поугорать, когда поймешь что к чему. Ательстан, который весь такой крутой-благородный, а в голове одни ништяки - зажигает даже в казематах. Но самый смак - это бешеный храмовник Бриан де Буагильбер, совершенно неуправляемый, злобный, шикарный мужик! Когда в конце понимаешь, какая сказочная хрень творилась в его душе, какой он на самом деле милый цундере, хочется кричать, чтоб он уже хватал Ревекку под мышку и гнал в закат. Вальтер Скотт как по мне слишком поздно раскрыл его характер, надо было с середины уже создать накал страстей, чтоб между ними аж трещало, как дозиметр в Чернобыле. В общем, я психовала не прекращая, будто это не классика какая унылая была, а фэнтези риалли. Выскочил бы единорог - не удивилась бы.