Отзывы о книге Вий. Повести

Героическая былина о казацкой вольнице, сложный и многогранный текст, который до сих пор вызывает споры и восхищение. Читая его сегодня, важно понимать, что перед нами не документальная хроника, а художественное произведение, отражающее взгляды, идеалы и предрассудки своего времени. Гоголь, будучи сам выходцем из украинского дворянства, идеализирует Запорожскую Сечь, рисуя ее как оплот свободы и братства. Однако, если присмотреться внимательнее, мы увидим, что эта свобода – удел лишь мужчин-воинов, а братство зачастую замешано на жестокости и пренебрежении к другим народам и культурам. Именно в этом заключается трагедия "Тараса Бульбы": в столкновении идеалов и реальности. Главный герой, фанатично преданный казацким традициям, оказывается не способен принять выбор своего сына Андрия, движимого любовью к полячке. Этот конфликт выливается в беспощадную расправу и окончательное разрушение семьи. Смотреть на "Тараса Бульбу" как на исторический трактат – все равно, что пытаться приготовить борщ по рецепту из комикса! Гений Гоголя в том, что он создал не просто историю, а миф! Миф о казаках, об их невероятной отваге и… ну, скажем так, специфическом чувстве юмора (вспомните, как они решали вопросы!). Гоголь словно говорит нам: "Ребята, это сказка! Да, с элементами правды, но все же – сказка!" Именно поэтому так завораживает образ Тараса. Он – воплощение казацкой силы, несгибаемой воли и… абсолютной нетерпимости! Он – словно ураган, сметающий все на своем пути, и горе тому, кто попадется под горячую руку! И в этом его трагедия, ведь он, как настоящий фанатик, не видит ничего, кроме своей "правды". "Тарас Бульба" – это зеркало, в котором отражаются наши собственные противоречия. Это книга, которая заставляет нас смеяться, плакать, злиться и, конечно же, думать! И в этом ее великая сила, ведь она не оставляет нас равнодушными, а заставляет нас искать ответы на вечные вопросы о жизни, любви и смерти. И вот тут начинается самое интересное. Многие спорят: кто прав, кто виноват? Тарас, с его прямолинейностью и фанатизмом? Или Андрий, с его любовью, которая перевернула все с ног на голову? Истина, как обычно, где-то посередине. Гоголь не пытается нас убедить в правоте кого-то одного. Он просто показывает нам две стороны одной медали – казацкой души. Вдумайтесь, ведь "Тарас Бульба" – это не только про казаков и их подвиги. Это про одержимость идеей, про слепую веру, про то, как легко переступить черту во имя "высоких" целей. Тарас настолько зациклен на своей казацкой "правде", что не видит ничего вокруг. Он готов пожертвовать всем, даже своими сыновьями, ради этой идеи. Страшно? Да, очень. Но разве в истории мало таких примеров? Именно поэтому "Тарас Бульба" актуален и сегодня. Мы живем в мире, где каждый день кто-то пытается навязать нам свою "правду". И важно помнить, что за любой идеологией, за любыми "высокими" словами стоят живые люди, со своими чувствами, страхами и мечтами. Гоголь своим гениальным произведением словно говорит нам: "Остановитесь! Подумайте! Не позволяйте никому манипулировать вами! Ищите свою правду, но не причиняйте боль другим!" И в этом, наверное, и есть главный урок "Тараса Бульбы". Урок, который стоит повторять снова и снова, чтобы не повторить ошибок прошлого.

Читайте больше друзья !!!

Но неизвестно будущее, и стоит оно пред человеком, подобно осеннему туману, поднявшемуся из болот. Безумно летают в нем вверх и вниз, черкая крыльями, птицы, не распознавая в очи друг друга, голубка - не видя ястреба, ястреб - не видя голубки, и никто не знает, как далеко летает он от своей погибели.

Меня зовут Тарас Бульба. Мои сыновья вернулись домой и я закатил знатный пир. Все перепились в сопли. И крепко нажравшись, я решил ехать вместе с сыновьями на Запорожскую сечь. Утром мы тронулись в путь. Прибыв на место, я сразу понял, что казаки давно не занимались порядочным разбоем и не совершали набегов на мирные города. Путём нехитрых манипуляций я сменил кошевого и решено было отправляться крушить ляхов. Немного повоевав мы взяли в осаду польскую крепость. На помощь городу прибыло подкрепление и несколько куреней разбили, потому как спали казаки беспробудным сном, накануне сильно нажравшись. Утром я не смог найти своего младшего сына Андрия. Этот подлец и предатель перешёл на сторону врага. Как я потом узнал от одного жида, его увидела девушка с которой он был раньше знаком и послала за ним служанку. Андрий пробрался в город по тайному ходу, прихватив с собой несколько мешков провизии.

Не тот еще добрый воин, кто не потерял духа в важном деле, а тот добрый воин, кто и на безделье не соскучит, кто все вытерпит, и хоть ты ему что хочь, а он все-таки поставит на своем.

Наконец ляхи решили принять бой и открыли ворота. Завязалось сражения и встретив Андрия, я убил его. Мой старший сын попал в плен, а меня сильно ранили. Очнувшись в родных краях я узнал, что меня выкупили. Долго раздумывал как быть. Не покидала меня мысль о моём сыне. Я собрал что было средств и отправился в Польшу на поиски Остапа. Опять же помог хитрый жид Янкель. Он разузнал где держат моего сына и договорился о встрече. Но не суждено было вызволить из плена моего сынку. Утром его казнили. С тех пор не знает моя душа покоя. И много пролил я крови на земле Польской. Но и на меня нашлась управа. И теперь я увижусь с моими сыновьями.

Коли человек влюбится, то он равно что подошва, которую, коли размочишь в воде, возьми согни — она и согнётся.

Роман из школьного курса литературы, однако был мной прочитан впервые ещё в среднем школьном возрасте, а потом уже только выборочно то, что требовалось для школы. Т.е. перерывчик оказался лет этак с полста да с гаком. А значит пришла пора перечитать.

Дальше...

Слишком сильно углубляться в сюжет и в самые драматичные и трагичные эпизоды книги мы не будем, ибо об этом сказано много. Но вот при нынешнем чтении вдруг внимание зависло на описании начала похода козаков в Польшу, а конкретно на вот такой фразе:

«Дыбом стал бы ныне волос от тех страшных знаков свирепства полудикого века, которые пронесли везде запорожцы. Избитые младенцы, обрезанные груди у женщин, содранная кожа с ног по колена у выпущенных на свободу...»

И хотя Гоголь упоминает о полудиком веке, всё ж таки мы помним, что вроде как всегда наши симпатии принадлежали именно козакам, а не полякам и прочим, а тут от одной фразы образ козацкой вольницы помрачился. И ты хотя и не переходишь, подобно Андрию, на сторону поляков-католиков, однако же и «свои» тоже не слишком свои становятся, и только постоянное напоминание автора, что они идут воевать за православную веру и за поруганную честь, и за своих сотоварищей (те, кстати, были убиты не менее милосердно, однако ведь они и были не младенцами и не женщинами, а воинами…) как-то всё-таки смягчает тебя.

Впрочем, у Балашова тоже хватало описаний такого рода случаев, разве что Балашов не концентрировал внимание читателя на деталях творимого на войне. И у Сенкевича тоже кровушки хватало в его романах.

Ну, а что касается книги как книги, то Гоголь не разочаровал, и по прошествии полусотни лет этот роман по-прежнему волнует и беспокоит и заставляет думать и чувствовать.

Ладно, теперь пойдём в гости к семинаристу Хоме да к панночке...

Ну что ж тут можно рассказать? Прямо в ночь с 31 октября на 1 ноября взялась я за эту книгу. И даже не потому что Хэллоуин, а просто так вышло, но вышло тематически. Сюжет данной повести, полагаю, знаком всем. По примечанию самого Гоголя, она (повесть) является пересказом народного предания, которое автор хотел донести до читателя в неизменном виде.

Что ж, должна заметить, что у Гоголя получается жутче, чем у признанного мастера жанра - Г. Ф. Лавкрафта. Возможно, дело в том, что Гоголь знаком мне с детства, когда я впервые читала его страшные повести. Однако и для визуализации описуемых ужасов Николай Васильевич старается куда как поболее Говарда. Никаких вам "нечто невообразимо ужасное, монстр из ночных кошмаров" и прочей детишковой белиберды. Классик русской литературы прям и откровенен: ночь, старая гнилая церковь, черный гроб и труп, страшный, позеленевший, невидящими глазами ищущий свою жертву, мертвыми руками пытающийся нашарить еë. И как же смешно после всего этого звучит приговор философа Тиберия Горобца: – А я знаю, почему пропал он: оттого, что побоялся. Да кто бы смог не побояться? Может, у страха глаза и велики, может, собственное воображение и сгубило Хому, да только кто бы на его месте не дрогнул? А впрочем, как и всегда, каждому по вере его.

Большую часть произведения я прослушала в исполнении моего любимого Сергея Чонишвили, и это было прекрасно. Всем желающим окунуться в жутковатый мир гоголевских "вечеров на хуторе" - советую.

Конечно, первое, что приходит на ум при упоминании данного произведения Гоголя, — старый советский фильм с Леонидом Куравлёвым и Натальей Варлей в главных ролях. Именно эта, пугающая до нервной дрожи в своё время меня, подростка, экранизация почему-то так сильно мне запомнилась и даже спустя десятилетия встаёт перед глазами яркими и зловещими фрагментами.

Трагично закончилась встреча Хомы Брута, остававшегося на постой на одном из хуторов, и его хозяйки. С помощью молитв сумел он взять над ведьмой верх и даже применить силу, но она хитростью превратилась из безобразной старухи в прекрасную девушку, чем напугала Хому, и он, бросив её, сбежал.

Дикие вопли издала она; сначала были они сердиты и угрожающи, потом становились слабее, приятнее, чаще, и потом уже тихо, едва звенели, как тонкие серебряные колокольчики, и заронялись ему в душу; и невольно мелькнула в голове мысль: точно ли это старуха? «Ох, не могу больше!» – произнесла она в изнеможении и упала на землю...

Совершенно позабыв об этой истории, через некоторое время получает он приглашение от сотника читать отходную по своей дочери. Её нашли сильно избитой, и именно его, Хому Брута, она выбрала для сего трёхдневного действа. Герой сопротивлялся этому всячески, но против отца девушки устоять не смог, и волю усопшей пришлось выполнять.

Вдруг что-то страшно знакомое показалось в лице ее.
– Ведьма! – вскрикнул он не своим голосом, отвел глаза в сторону, побледнел весь и стал читать свои молитвы.
Это была та самая ведьма, которую убил он...

В погибшей девушке она с ужасом узнаёт избитую им до смерти ведьму. Три ночи его будут запирать вместе с ней, три ночи будет твориться вокруг него настоящий кошмар. Первые две ночи сдерживает натиск нечистой силы созданная Хомой защита, а вот на третью ночь...

Да, впрочем, что я, в самом деле? Чего боюсь? Разве я не козак? Ведь читал же две ночи, поможет бог и третью. Видно, проклятая ведьма порядочно грехов наделала, что нечистая сила так за нее стоит...

Язык повести тяжеловат и для чтения, и для восприятия. Смысловая составляющая огромна, а исполнение, как и всегда, гениально. Повесть относится к русской классической литературе, а она по определению не бывает простой и легкой. Гоголь искусно создает мрачную атмосферу и постепенно достигает того леденящего эффекта, когда словно кровь стынет в жилах. Он проводит своего героя сквозь хоровод душевных метаний и борьбы с внутренними страхами, мастерски закручивая сюжет. Писатель из, казалось бы, случайной встречи создаёт настоящий кромешный ужас вокруг одной личности, который закончится настоящей трагедией.

– Славный был человек Хома! – сказал звонарь, когда хромой шинкарь поставил перед ним третью кружку. – Знатный был человек! А пропал ни за что...

Говорят, расхожая фраза о том, что читатель является соавтором писателя, принадлежит перу поэтессы Марины Цветаевой. Если она имела ввиду то, что каждый интерпретирует текст по-своему, в зависимости от своего мировоззрения, то я с ней даже соглашусь. Всегда любопытно почитать отзывы критиков, открывающие глаза читателю на то, что именно имел ввиду автор. Особенно, если его точка зрения не совпадает с позицией писателя, которую тот успел обнародовать при жизни. Порой синие занавески это просто синие занавески.

Хороший пример тому насколько по-разному можно понять одно и тоже произведение это повесть "Старосветские помещики". Николай Васильевич написал ее по свежим впечатлениям от поездки на свою родину - в село Васильевка ⁠ Миргородского уезда Полтавской губернии. В ней с теплотой и легкой иронией рассказывается о безмятежной и патриархальной жизни, которую ведёт пожилая бездетная пара - Афанасий Иванович Товстогуб и его жена Пульхерия Ивановна. Всё так мило и прелестно в доме, коробочка к коробочке, сундучок к сундучку, на стенах картины, в глазах хозяев доброта, любовь к друг другу и к совместному времяпрепровождению - вкусно поесть, сладко поспать да посудачить о том о сём про меж себя и с заезжающими к ним гостями. Настоящая Обломовка. Автор подробно описывает кулинарные пристрастия героев. Тут коржики с салом, рыжики соленые, рыбки сушеные, мнишки со сметаною, огурчики свежие, пирожки с маком, пирожки с сыром, пирожки с урдою, пирожки с капустою и гречневою кашею и многие другие блюда. Из напитков предлагаются кофий, кисель, узвар из груш, кислое молоко, несколько видов водки настоянной на разнообразных цветах и листьях. И при всей этой благообразности за хозяйством они смотрят плохо. Работники их все обворовывают. Приказчик уж продал все леса на сруб, кроме ближайшего, и тот уцелел лишь оттого, что стук топора доносился бы до хозяйского дома. После их смерти разворовали то, что не успели при жизни. В конце концов имение превратилось в прах.

Не смотря на то, что повесть нравится всем критикам, видят они в ней разное и порой прямо противоположное. Один пишет о трогательной истории любви, христианской по духу и угодной Богу. Другой видит пустую ничтожную жизнь. Третий говорит о том, что старый мир, отживая своё, уходит под напором нового. Белинский писал о пошлости и гадости этой жизни, животной, уродливой, карикатурной. Пушкин разглядел "шутливую, трогательную идиллию, которая заставляет вас смеяться сквозь слёзы грусти и умиления".

Ракурс решает всё.

Иван Иванович перешёл двор, на котором пестрели индейские голуби, кормимые собственноручно Иваном Никифоровичем, корки арбузов и дынь, местами зелень, местами изломанное колесо, или обруч из бочки, или валявшийся мальчишка в запачканной рубашке, - картина, которую любят живописцы!

Торжество тонкого юмора с долей абсурда в текстах Николая Васильевича напрямую отсылают к отечественной литературе уже XX века, к текстам Даниила Хармса, Александра Введенского или Юрия Олеши. Особенно Олеши, трогательно относившегося к слову и подарившего нам пресловутые «кран тихо сморкался» и «в углу стояла маленькая цыганская девочка, величиной с веник». Обожаю Гоголя именно за умный юмор, пронизывающий каждое его произведение, даже трагичнейшего «Тараса Бульбу», исключая, пожалуй, только одиозного «Ганца Кюхельгартена» из раннего творчества писателя и не являвшегося для него характерным, это ещё только проба пера, не очень самобытная и представляющая скорее литературные пристрастия автора, чем его стиль. Юмор – универсальный язык и ключ к сердцу читателя.

Юмор в произведениях Гоголя выполняет умопомрачительное количество функций: это м.б. связка для перехода от одного жанра повествования к другому; часто юмор привлекает внимание читателя к не очень увлекательным деталям быта или нравов; часто это изящная метафора, позволяющая запомнить ту или иную деталь, - например, безразмерность украинских шаровар железобетонно закрепилась в моей памяти благодаря шитых их них запорожцами парусам; часто у Гоголя юмор служит вводной для читателя в текст, знакомит читателя с миром, персонажами. Сравнительно описание Ивана Ивановича с Иваном Никифоровичем подняло мне настроение на целую неделю.

Сама повесть – растянутый во времени анекдот, местами грустный. Нелепое недоразумение ставшее причиной вражды двух своеобразных друзей приводит к пожизненной вражде и тяжбе, длящейся благодаря нашему отечественному бюрократическому аппарату десятилетия. Желание представителей света небольшого провинциального малороссийского городка помирить двух непримиримых друзей весьма трогательно и для меня это некая антисатира, которая развернётся во всю у Гоголя в бессмертных «Мёртвых душах» и является для меня доказательством чего-то крайне важного в Гоголе – милосердия и уважения даже к разным вздорным и смешным маленьким людям. И насколько это противоречит стилю сатирика Салтыкова-Щедрина, с его резкостью и непримиримостью. Гоголь любит своих героев, всех.

Интересно, что после прочтения самых смешных произведений Гоголя, последействием приходит грусть. Это явный знак качества и неустаревания его текстов.

– Славный был человек Хома! – сказал звонарь, когда хромой шинкарь поставил перед ним третью кружку. – Знатный был человек! А пропал ни за что.

Когда мне говорят «Вий», то я прежде всего вспоминаю отечественный фильм, который впервые посмотрел в передвижном вагон-клубе сразу после его выхода на экраны, т. е. в начале 1968 года — когда на нашу станцию, стоящую на основной магистрали ВСЖД, приехал вагон-клуб с этим фильмом, то родители взяли на просмотр и меня, 10-летнего пацана, и старшего брата. И впечатление было такой силы, что хотя эта сказочно-мистическая повесть прочитана и перечитана уже не единожды, однако же вот всё равно фильм стоит впереди, а уж затем сама литературная основа.

Дальше...

Пересказывать сюжет было бы самым глупым никчёмным занятием, ибо кто не читал всё равно прочтёт, а читавшие и так знают все приключения, случившиеся с семинаристом Хомой Брутом во время вакаций. Могу только сказать, что всё-таки видеоряд изрядно добавляет мощности к получаемым от этой повести впечатлениям, и что одно только чтение не столь сильно пугает читателя, сколь вот эти кадры скатывающейся по щеке покойной панночки кровавой слезы или раскинутые руки старухи-ведьмы, ловящей Хому в овечьем хлеву, да и панночки, стоящей во гробе и как тараном стучащей им в защиту бурсака от нечистой — в общем, если прочитать и посмотреть, то впечатления будут самыми полными.

Эта бытовая повесть стоит в череде мистических и полусказочных произведений Гоголя несколько особняком. Где-то рядом с парой-тройкой других его столь же прозаических бытописательных повестей.

Однако от этой своей бытовой обыденности она нисколько не теряет в рейтинге гоголевской прозы. И не только потому, что применима к любым временам и народам и потому злободневна «до дней последних донца». И не из-за вот этой бессмертной гоголевской фразы «Скучно на этом свете, господа!»

Но ещё и из-за невыразимо прекрасного русского гоголевского литературного слога. Из-за таланта Гоголя так живописать самое простое бытие своих героев и их окружения, с таким тщанием сеять детали и словечки, что картина этого бытия становится даже не то, что 2D и 3D, но и все 4D и 5D, т.е. читатель получает полный эффект присутствия.

А если ещё читать эту повесть вслух с максимально возможной выразительностью, или же довериться мастерству чтеца и послушать повесть в аудиоформате, то тогда происходит полный перенос из нашего «сейчас и здесь» в гоголевское «тогда и там»…