"Возвращение в Брайдсхед" беззастенчиво обмануло все мои ожидания. И, к сожалению, это отнюдь не тот случай, когда читатель "обманываться рад". Разумеется, наивно по одному произведению делать вывод обо всём творчестве, но вот уж точно я не ожидала от Ивлина Во, славящегося своей язвительностью, такого лиризма, такой окутывающей коконом мягкой печали, а особенно - такой магистральной темы романа.
"Возвращение..." поначалу хочется принять за такой классический роман-ностальгию. По бесшабашной юности в Оксфорде с обязательными попойками, верными друзьями и попаданием в различные истории. По очередному короткому, как всегда, "золотому веку", когда родовые поместья ещё не успели прийти в упадок, когда можно было рвануть на лето в Италию, когда не нужно было задумываться о завтрашнем дне - разве только в контексте принятия приглашения на скучнейший званый ужин. По обаянию старой аристократии с её шиком и стилем. Так вот, "Возвращение..." совсем не об этом. Тоскливо и уныло всё, кроме первых страниц тридцати Оксфорда и то, вероятно, только потому, что герой-рассказчик ещё совсем мальчишка, наивный и открытый для впечатлений. В дальнейшем Чарльз Райдер, что в 20 лет, что в 40 без малого, производит впечатление угрюмого старика с редкими проблесками живых эмоций. Возможно, дело в том, что рассказ ведёт уже тот Райдер, который успел всё испытать и во всём разочароваться. Но собственный мерзкий характер это никак не оправдывает. Я стараюсь не судить героев по характерам - как художественный образ Райдер в какой-то степени, вероятно, интересен, но как человек - увольте. Умение разглядеть прекрасное в архитектуре не перевешивает какой-то эмоциональной ущербности, наплевательского отношения к окружающим, за двумя лишь исключениями. Здесь достаточно только одного примера - возвращение после двухлетнего отсутствия домой, когда он прямо с корабля отправляется к любовнице, отказавшись даже мельком взглянуть на детей.
От жизни Райдера, да и от жизни всех Флайтов у меня осталось ощущение полнейшей пустоты. Просто удивительно, насколько бездарно целое поколение семьи растранжирило себя. И что особенно злит - при таких-то возможностях! Воистину, люди не умеют ценить то, что умеют. Я не сторонница суеты ради суеты и не считаю, что всем аристократам нужно было обязательно дать по лопате в руки, но проблема Флайтов не столько даже в бездействии, сколько в неумении принять самих же себя, смириться с собой, хоть как-то вписать себя в реальность. Себастьян перешёл от инфантилизма к алкоголизму. Брайдсхед так и не смог определиться, кто он. Джулия сначала слишком много рассчитывала, как удачнее себя вложить, а потом слишком много кидалась в крайности. Единственный, кто более или менее вызывает симпатию - это Корделия, однако, и она во взрослом возрасте изображена некрасивой и одинокой, такая деятельная старая дева (хотя по-моему, она выглядит счастливее и уж точно умиротворённее красавицы-сестры). Практически двадцать описываемых лет семейство Флайтов целенаправленно и упорно уничтожает себя. И Чарльз Райдер заодно с ними. Это и есть ваш "золотой век"? Спасибо, унесите.
Однако перипетии сюжета составляют лишь фундамент, на котором Ивлин Во выстраивает главную громаду - вопрос веры. Здесь можно было бы понадеяться на совпадение, потому что я не боюсь этой темы и с удовольствием читаю про околорелигиозные искания. Это часть нашей жизни, неважно какой точки зрения человек придерживается (агностик, атеист, сомневающийся, фанатик любой религии...). И это материя гораздо более тонкая и сложная, чем выбор профессии или, скажем, выстраивание отношений. Но в чём проблема с романом, так это в том, что и общий посыл, и финал остаются невнятными. Лампада в часовне среди хаоса войны и разрухи должна же что-то символизировать, но в исцеление верой Райдера я не верю, хотя такие типы часто заканчивают затворничеством и фанатической преданностью к чему-либо (почему не к вере?..). Рассуждения о вере Джулии - это бред и невнятица. Чем объяснить поворот к вере Себастьяна, вообще не ясно (но Себастьян в принципе чёрная дыра романа). Единственные более или менее определённые моменты - это спокойная вера Корделии, которую автор устами Райдера не слишком одобряет, и обращение старика-папаши на смертном одре. Хороший эпизод, пробирающий. Жаль только, что таких эпизодов в романе немного.
В общем и целом удивлена. При всей моей любви к английской классике и к межвоенному периоду, при интересе к исходным темам романа - не зацепило от слова "совсем". Но это тот случай, когда и сам факт знакомства можно занести в актив.
38 понравилось
