Цитаты из книги Sekunden der Gnade

Что бы мы ни утверждали во всеуслышание, глубоко в душе все знают, что единственный закон и бог – это деньги. Если у тебя есть деньги, то не нужно ничего бояться, не нужно страдать за свои идеалы; ты просто перекладываешь ответственность на других, а сам остаешься чистеньким

Однако почему вечно получается так, что другим всегда виднее, чем бедным полезно питаться, неважно, вкусно это или нет?

Мать у нее вся жесткая и угловатая, зубы вечно стиснуты, а губы поджаты словно весь мир против нее. Мэри Пэт целиком сотворена для битвы. А вот ее дочь – даже мертвая – словно попала в этот мир из сказки. Как будто она и не мертва вовсе, а просто спит в ожидании принца, который на своем белом коне вот-вот уже подъезжает к моргу и сейчас пробудит ее поцелуем.

«В этом мире не место принцессам», – думает Бобби про себя

Старание помогает только постольку-поскольку. Главное – понять, для чего ты был рожден.

Только закон и отличает нас от животного царства

А ведь она пыталась мне сказать, – думает Мэри Пэт. – Только я ее не услышала. Я вообще ничего не видела и не слышала. Потому что не хотелаПотому что правда – это боль, правда способна разрушить твой мир».

– Он был слабый, по глазам видно.

– А может, просто испугался?

– Страх – это слабость...

– А если это была не слабость, а добродушие?

Хоть он и вырос в Южке, но говорит прямо как богачи – Мэри Пэт сталкивалась с парочкой таких на своем веку, – будто его слова из одного кладезя с Божьими, а твои – из того места, где солнце не светит

Мэри Пэт помнит, как время от времени сидела с ней, еще пятилетней. Та Маленькая Пег была веселой и сыпала искрами, будто порванный провод в грозу. Она лучилась радостью, каждый день был полон открытий. «Почему это все пропало? – задумывается Мэри Пэт. – Неужели из-за нас?»

едва ребенок выучится ходить, каждый шаг уводит его все дальше и дальше от родителей.

Бедняки часто срываются на других бедняках. Раса тут ни при чем. Это богачи стравливают нас, будто собак, и, пока мы грыземся за объедки, незаметно обчищают стол»

Они бедные не потому, что якобы не стараются, не трудолюбивы и не заслуживают лучшего. Мэри Пэт не знает в Южке вообще и в Коммонуэлсе в частности никого, кого нельзя назвать трудягой. Эти люди носят десятитонные грузы, будто весят они не больше мячика для гольфа, и день за днем выдают неблагодарным, несносным боссам десятичасовую норму за восьмичасовую смену. Нет, можно дать руку на отсечение, бедны они не от недостатка старания

Ей ведь всего сорок два!.. Ну да, в двенадцать кажется, что быть сорокалетним – это стоять одной ногой у Бога в приемной, но на самом деле нет никакой разницы, двенадцать тебе, двадцать один или тридцать три. Мэри Пэт чувствует себя на все эти возрасты сразу, но не стареет, нет. Только не сердцем. Только не душой

Все родители терпят неудачи. Это единственное, в чем можно быть уверенным

Называй несогласных гуками или ниггерами, жидами или гринго, лягушатниками или макаронниками – как угодно, лишь бы прозвище лишало их человечности. В этом и заключается главный смысл. Если добьешься этого, то сможешь посылать детишек на другой конец света убивать там других таких же детишек. Или пусть делают то же самое дома.

Я сижу на героине, потому что бог - умер.

Не забывай, дети уходят, такова жизнь, зато соседи навсегда. Они убирают снег с твоей дорожки, когда ты болеешь, сообщают, если у твоего дома ошивается кто-то подозрительный, и в таком духе.

Некоторые просто не знают, когда пора остановиться.

– Если еще на что-то способен, то зачем бросать?

Ничья жизнь не стоит твоей собственной.