4 книга цикла о Людях Льда

Временной период: 1620е гг.
Герои: третье поколение: Суннива (род. 1601; дочь Суль), Таральд (род. 1601; первый ребёнок Дага и Лив), Сесилия (род. 1602; второй ребёнок Дага и Лив)

Я очень боялся этого момента, как боюсь его в каждой семейной саге, но он всё-таки наступил. Время прошло. Его прошло достаточно много, первое поколение состарилось слишком сильно, чтобы принимать и дальше активное участие в сюжете. Даже второе поколение уже превратилось в солидных взрослых людей. Зато третье вступает в пору юности, а значит, все свершения, как водится, предстоят им. И на этом месте жанр меня всегда переламывает. Ну не могу я переключаться, не могу принять эту смену ролей. Для меня главным героем останется тот, кто стал им в самом начале. И если с увеличившимся экранным временем детей смириться я ещё могу, то внуков мои мозги воспринимать отказываются. Я даже имена их с трудом запоминаю.

В нашем семействе прибыло свежей крови: внуки Шарлотты и Силье приняли в свою компанию девочку из соседней деревни, дочку бедных крестьян. Ситуация в этом крестьянском доме очень показательна, особенно в плане чудовищного психологического парадокса. Родители наплодили больше десятка детей, все живут одной кучей в нищете, сыновья женятся, приводят в дом невест, тоже заводят детей, при этом родители продолжают заниматься сексом, патриарх орёт, что ему надо, а его бедная и уже отнюдь не молодая жена всё беременеет (потрясающая плодовитость, конечно) и ловит за это люли. То есть секс предоставлять должна по первому требованию, но если забеременела – то это исключительно твоя вина, как ты вообще посмела, дома и так жрать нечего. Будто это её ответственность и будто такие вещи можно контролировать сознательно.
  Сама эта девочка, Ирья, была не очень здорова, не очень красива, полноценно работать бы не смогла, так что родители обрадовались возможности отдать её в богатый соседский дом, откуда она приносила деньги. И сама Силье, и её внуки относились к Ирье хорошо, но словно бы не понимали один маленький нюанс – она не благодарная собачка, а живой человек и способна на такие же чувства. И угораздило же её влюбиться в самого неподходящего для этого человека.

Сюжет опять делает огромный скачок: то детям 5 лет, а то уже 18, и они почти взрослые, на самом пике романтических настроений. А значит, нас ждёт очередная порция юношеских влюблённостей и увлечений. Но Сандему не была бы собой, если б шла по проторенной дороге, на этот раз тёмные страсти сменяются темой безнадёжности и невзаимности. На первый взгляд, у всех всё прекрасно: Таральд и Суннива круглосуточно чуть ли не облизывают друг друга, Сесилия повстречала доброго и красивого рыцаря, даже молодой священник их прихода сходит с ума от радости, что смог жениться на девушке своей мечты – первой красавице округи. Но внезапно идиллия ломается, всё оказывается не так, чувства не взаимны, чувства ложны, слова лживы, герои понимают, что вся их любовь, всё их счастье были только иллюзией. И снова – новые чувства, новые искушения, любовные треугольники, прозрения истины, несбыточные мечты и томление.
  Мне кажется, именно ложь проходит тут лейт-мотивом. Злые ведьмы были хотя бы честны, а добрые люди носят маски, укрываются навязанными образами. Тонут в нежелании и неспособности разглядеть, чем и кем является другой человек. Вот девочка, которую все считали милой и хрупкой, оказывается глупой и капризной притворщицей. Вот влюблённый и заботливый мальчик, как выяснилось, любил не девочку, а то, как ему шло его собственной влюблённое выражение лица. Ирья, которую считали бессловесным фоновым товарищем, оказалась способной на главную роль. Жена пастора походила на неземное создание, а оказалась древним злом (ну ладно, не в буквальном смысле). И так с каждым персонажем – первое впечатление обманчиво, и нам придётся разглядеть, что за ней скрыто, а правда приоткрывает подчас такие бездны, что в них лучше б не смотреть. Хотя иногда может и приоткрыть перспективы лучшей жизни. Просто надо раскрыть глаза и хоть раз поговорить друг с другом ртом.

А ещё у них тут случилась очередная эпидемия, и наша династия целителей ходила в масках по домам и учила всех правильно мыться, обрабатывать жильё и соблюдать дистанцию. Какое-то дежа вю, брр.
  Пара спойлеров под катом о грустном.

Тема проклятой крови поднималась всё реже, но с рождением очередного ребёнка её прорвало по новой. Похоже, "зло в генах" – это не метафора, там явно что-то не то. И вот же какая странность, не могу отделаться от мыслей, кого же мне напоминают Люди Льда. Постоянно акцентируется внимание на чёрных волосах, странных глазах, вообще каких-то не таких чертах лица. К тому же проскакивало, что они ещё в древности пришли в Норвегию из других мест. Вот я и думаю, а не азиаты ли они часом? Вряд ли в средневековой Скандинавии могли идентифицировать какой-нибудь японский фенотип, а через поколения такие штуки передаются ещё как.

Бег времени очевиден, когда вырастают дети и появляются первые внуки. И вот у Силье и Тенгеля рождается первый правнук. Но время быстротечно, а человек смертен. И герои первой книги рука об руку уходят в мир иной. Очень печально.

А у семьи в липовой аллее и в особняке Гростенхольм происходят счастливые и тревожные события. Так на свет появляется Кольгрим, имея в крови смесь близких родственников из рода Людей Льда, он убивает при своём рождении мать. Его уродство становится не только внешним - при взрослении Кольгрим имеет капризный и злобный характер.

Так наступает 1925, и приходит война в их дом. Пережив чуму, которая только сплотила семью, перед героями появляются новые препятствия и проблемы.

Книги становятся всё более сентиментальными и более меланхоличными. Не могу сказать, что мне это нравится. Я люблю больше фэнтази, чем чисто романтическую историю.

Дом историй порадовал еще тремя книгами почти бесконечной саги Маргит Сандему о Людях Льда. А значит: время продолжения зло- и приключений детей Силье и Тенгеля Доброго, в чей генокод зашито проклятие предка, Тенгеля Злого. Тот продал душу дьяволу и в каждом поколении его потомков рождается один, отмеченный сатанинской печатью: звероподобный или напротив прекрасный, но с кошачьими глазами, зрачок которых порой становится вертикальным, и с особой способностью к ведовству.

Итак, Норвегия, семнадцатый век, со времени смерти ведьмочки Суль, которую должны были сжечь на костре, но Тенгель сумел передать ей яд - прошло два десятка лет, подросло поколение внуков. Все очень разные, отмеченного родовым проклятием нет среди них (это только кажется). Подросшая дочь Суль Суннива, которая унаследовала материнскую красоту, но не решительность, силу характера и способности, влюбляется в кузена-ровесника Таральда. От предостережений старшего поколения о недопустимости браков внутри клана, молодежь, как водится, отмахивается. Заканчивается все объявлением о беременности - пожените нас. Тенгель в ярости и требует вытравить плод, внучка рыдает и грозит самоубийством. В конце концов семья идет у парочки на поводу и все они дорого заплатят за это. В Кольгриме, поистине, воплотится душа злого предка.

Параллельно развивается история другой внучки, милой Сесилии, приглашенной гувернанткой августейших детей, в память о том. как замечательно, хотя и недолго справлялась с этой ролью Суль. Девушка вскоре обнаруживает, что при дворе вовсе не так хорошо, как казалось из дому. Мать девочек невзлюбила ее, друзей у датского двора норвежке не из самых родовитых отыскать оказалось трудно, а с приходом известия о смерти от чумы бабушки Шарлотты и ее мужа, которого любила как родного деда, малышка и вовсе загрустила. Тут-то и встретился ей блестящий придворный маркиз Александр Палладин, который выслушивает и сочувствует. Конечно, Сесилия влюбилась, а вы бы не влюбились? Она просто не понимает шепотков и ухмылок.

Чуть раньше, дома, Тенгель с помощью еще одного внука, будущего гения медицины Тарьяя и девушки из бедной семьи Ирьи, которую семья пригрела у себя, борется со вспышкой чумы в округе. Самоотверженными усилиями ее удается подавить малой кровью. Позже, влюбленная в Таральда неказистая Ирья станет няней демоническому дитяти Кольгриму и заменит ему мать, а бедняжка Сесилия, которой брат-медик Тарьяй объяснит, что не так с ее избранником, наделает на рождественских каникулах глупостей с местным пастором (да к тому же женатым, ужас-ужас). Но тс-сс! Продолжение следует.