Цитаты из книги Когда отцветает камелия

Жизнь скоротечна, как первый снег, но она и прекрасна, как цветы камелии, распустившиеся осенью.

За века своей бессмертной жизни он понял, насколько хрупки и непостоянны человеческие сердца и как легко порой одним неосторожным словом, которое для ками ничего не значит, разрушить всё, что простой человек оберегал и ценил.

«- Я сейчас даже не вижу никаких ёкаев. 

- Если ты их не видишь, это не значит, что они не видят тебя.»

Раньше ей казалось, что мир ёкаев предельно понятен: это зло, способное лишь наносить вред, но теперь она не знала, что и думать. Доброта, искренность, самопожертвование – такие качества были не чужды и духам.

Цубаки больше не могла на это смотреть. Однажды она сказала Юкио, что люди гораздо страшнее ёкаев, потому что причиняют боль и страдания намеренно, и теперь ей вновь пришлось убедиться в этом. Ради собственной выгоды существо, которое называло себя человеком, обращалось настоящим чудовищем.

Возможно, помогать людям вместе с Хару и искать ёкаев вместе с Юкио-но ками или с Кэтору – не такая уж плохая судьба. Возможно, она смогла бы даже жить счастливо и не отказываться от своего дара. Сколько бы времени её не отвели боги, она хотела попробовать не думать об этом и наслаждаться каждым мгновением.

– Хорошая ночь для того, чтобы выпить сакэ в кругу друзей, – сказал он и осушил свою чашу. – Такое у меня впервые. Акамэ, оммёдзи и тануки – разве не чудесная компания? – Самая лучшая. Тепло, как будто я дома! – проговорила Цубаки и прикрыла глаза. Жар от напитка медленно растекался по телу, делая движения чуть замедленными. – Здесь с вами мне хорошо, как никогда не было в моём родном доме.

…Тогда божества явились акамэ, чтобы предупредить их о своём гневе, но полукровки увидели в сердцах ками червоточину и не побоялись раскрыть истинные помыслы своих создателей, которые заключались лишь в жажде власти. В том и оказалась страшная сила видящих: от их глаз не могла скрыться ни одна душа, даже если она принадлежала богу.

– Мир ками не такой блестящий, какой казался раньше, да? – Если в нём нет Цубаки Эри, то этот мир мне не нужен.

– Оказывается, я и правда знала тебя когда-то давно. Господин Призрак судорожно выдохнул. – И я уже любила тебя прежде. – Да… – только и мог выдавить Юкио, и его голос снова звучал непривычно низко. – А я любил тебя. Нет, люблю до сих пор. Каждый день и каждое мгновение, когда тебя не было рядом, я продолжал помнить о девушке по имени Цубаки Эри.

– Я хочу спасти тебя, Юкио. Она и сама не заметила, что после своего пребывания во сне стала называть его по имени и обращаться к нему как к близкому человеку. Слишком фамильярно для разговоров с божеством, но ей нравилось, как звучало имя кицунэ без всяких титулов.

– А ты знаешь, что ками никогда не показывают своих настоящих лиц? Получается, ты увидела то, что не должна была видеть. – Это же всего лишь лицо. Почему простым смертным нельзя им любоваться, как произведением искусства?

– Ёкай защищает ёкаев? – А почему нет? – удивился Кэтору и развернулся лицом к Эри, продолжая идти спиной вперёд. – Хоть сейчас эти твари и выглядят неприглядно, но когда-то они были людьми. Ёкаи почти никогда не появляются просто так: их порождают злоба, отчаяние, невысказанный гнев. В таком несправедливом мире только Лес сотни духов остаётся последним пристанищем для любого, кто ищет помощи.

Возможно, однажды сила монеты, которую Цубаки носила на запястье, притянет её душу обратно и поможет переродиться, и в новой жизни акамэ больше не столкнётся с лишениями и невзгодами, ведь Юкио обязательно обо всём позаботится! Ну а пока он будет ждать.

Хозяин святилища бесчисленное множество раз видел, как уходили простые смертные, как последнее дыхание вместе с душой вылетало из их груди, а тела леденели, и тогда он не испытывал грусти, лишь лёгкое чувство сожаления. Хрупкие, беззащитные люди… В чём смысл такого короткого существования? Сами по себе они не стоили внимания, но Юкио всё же выполнял просьбы и отвечал на молитвы, чтобы хоть как-то облегчить их судьбу. Но теперь всё было иначе. Он и правда полюбил смертную

Некоторые моменты и правда могли существовать только в памяти: их не перенести на бумагу и не описать словами.