Цитаты из книги Wolf unter Wolfen

И если доводилось ему подчас, дома ли или на службе, немного сподличать, как нередко случается маленькому человеку, когда он много о себе возомнит, то на это его всегда совращала педантическая любовь к порядку и точности.

Жить без картин можно, без денег нельзя.

обыкновенный человек лучше прочтет о скандале в газете, чем будет сам в нем участвовать

мужчины всегда должны стоять друг за друга, особенно против женщин

Пока молодые люди поигрывают, они не делают никаких других глупостей

А что не сделано сегодня, с тем не спешат и завтра...

Жизнь дается лишь раз, жизнь быстротечна; когда нам умирать, мы давно мертвы;

Ей бы деньги свои получить, а тогда её ничто не смущает.

- От платья же приличной не станешь и не станешь неприличной, если платья нет, - возразила она.

- Ну что ж, - протянул он, - где один не сыт, там проживут впроголодь и двое.

У него была какая-то своя "система" относительно движения шарика рулетки, система бессистемности, построенная на том, что шарик часто делает не то, что он, казалось бы, должен сделать.

Ты, девочка, слишком добра. Но доброта у тебя от слабости...

Играть - не значит работать, и работать - не значит играть.

...она любит его, как женщина, никогда не должна любить мужчину!

- Приносить себя в жертву! - говорит она возмущённо. - Подумаешь! Это всякая рада! Потому что это удобно, потому что на тебя не будут сердиться!

Однако Эдмунд Пагель продвинулся на жизненном пути так далеко, как только может продвинуться на нём самый дельный советник посольства и полномочный посланник - как раз до кладбища.

Никто не скажет, как он стал тем, что он есть. Но иногда нам удается что-то осознать, какой-то кусок пути, увы, только кусочек пройденного пути нам ясен...Тогда мы злимся на себя, мы недовольны, стараемся вытряхнуть из головы докучливые мысли. Мы такие, какие мы есть, а что мы не стали другими - не наша вина. Не стоит об этом думать!

Уже почти стерлись тягостные впечатления, в ушах благодатная тишина после оглушительной перебранки, и вот — поистине невероятно, — дверь в ее спальню приоткрывается. Он возникает в дверях, он спрашивает неуверенно, вполголоса:
— Ты спишь, Эва? Можно к тебе?
Как бесконечно отвратительна может быть жизнь.

Бездыханная тишина, отчаянное биение сердец