Цитаты из книги Верные враги

Зла на него не хватает. У кого бы одолжить, а? Наверняка ведь уйма кредиторов найдется! Вон, тот же Рест цвета весенней листвы...

– Ты говорил, что лучше отца нельзя и желать. Верно? – Он безмолвно кивнул. – Так береги его, дурень, – с неожиданной теплотой и горечью сказала я, отворачиваясь.

Спутники ждали меня посреди улицы домом дальше, привязав лошадей к столбикам навеса над колодцем. Верес философски — какая разница, если уже пять штук съедено — дожевывал очередной пирожок, Вирра с любопытством естествоиспытателя расколупывала огрызок своего, ища улики бобикоедства. Остальные старались на них не смотреть.

— Шел, ну хоть ты не бери пример с Мрака! Хватит нам одного пессимиста в команде. — Сколько раз тебе повторять — я не пессимист. Я замерзший, усталый и голодный оптимист. Слушай, так его из-за этого Мраком зовут?

Войском овладело уныние. За каких-то полчаса оно из грозной силы превратилось в жалкую горстку не то героев, не то придурков.

Героизм надо поощрять.

- Какие же мы хорошие, аж противно, - с отвращением прошептала я, сплюнув под ноги.

Я задрала голову, любуясь ночным небом, чтобы хоть ненадолго отвлечься от зябкой дорожной скуки. В созвездиях я особо не разбиралась, зато Волчий Глаз, самую яркую зимнюю звезду, отыскала сразу. Эльфы называли его Кошачьим, русалки — Рыбьим, тролли… хм… но насчет Глаза никаких разногласий не возникало. Бесстрастный, хищный, немигающий, он пристально следил за мной сквозь путаницу ветвей, пока небо не накренилось и с истерическим ржанием не рухнуло вниз.

Интересно, почему люди с таким удовольствием наблюдают за публичными пытками и казнями и зеленеют при виде относительно быстрой и безболезненной смерти от клыков-когтей оборотня? Лично я предпочла бы второе.

У оборотней нет ни души, ни сердца. Они лишь прикидываются людьми, даже днем продолжая подчиняться звериным инстинктам, а потому не заслуживают ни веры, ни жалости — только смерти. Каким бы надежным ни казался тебе друг, какой бы влюбленной — девушка, преданным — слуга, мудрым — старик, милым — ребенок, помни: это лишь маска. Не дай ей себя обмануть. Единственное чувство, которое способна испытывать эта тварь, — боль.

Башенная бойница пыхнула огнем, как открытая стенка фонаря. Стрелок упал внутрь, горящий по концам лук – наружу. Покувыркался в воздухе и шлепнулся к ногам торжествующей Лиары. – Стрела – дура, пульсар – молодец! – подмигнув мне, прокомментировала магичка. И тут же с победным воплем кинулась на помощь трем зажатым в кольцо дриадам, вынужденно перешедшим с луков на короткие мечи.