Цитаты из книги Преступления любви

– Тем не менее, в брак вступают все. – Верно, все дураки и все бездельники. Как говорит один философ, женятся, только когда не знают, что делают, или когда больше не знают, что делать.

– Значит, пусть вымирает весь род человеческий? – Он этого вполне заслуживает: растение, вырабатывающее лишь яд, должно быть вырвано с корнем, и побыстрее.

Измены мужа никогда не узаконят измену жены, напротив, они должны побудить ее к еще большему благоразумию, чтобы Верховный Судия, посланный Всевышним в города, погрязшие в пороках в ожидании Страшного суда, смог бы спасти ее душу от всепожирающего пламени геенны.

Только во тьме могилы человек в состоянии обрести покой ибо злоба ближних, неуёмность страстей и более всего неотвратимости судьбы никогда не дадут ему покоя на земле

Не надейтесь отыскать нечто единственное в своем роде.

– Как, ты в самом деле влюблен в свою дочь? – Да, друг мой, подобно Лоту; я всегда глубоко почитал священные книги и всегда был убежден, что, подражая их героям, можно завоевать небеса! Ах, друг мой, и безумие Пигмалиона меня больше не удивляет... Разве не полна подобными соблазнами вся вселенная?

Не понимала и не предполагала я также, что честь – понятие, столь высоко ценимое мужчинами, способно утратить для них силу в отношениях с женщинами. Неужели слабость наша узаконивает оскорбления, на которые они бы не решились в мужской среде, зная, что те смываются лишь кровью?

Мы спешим примириться со злом, лишь бы иметь право считать себя лучше, чем мы есть.

нет ничего, что могло бы сделать всех равно счастливыми. Каждый день являет нам пример очередного счастливчика, чье счастье немедленно вызывает неудовольствие у его ближнего. Таким образом, всеобщего счастья не существует, и мы можем наслаждаться лишь тем, что сами содеем согласно чувствам нашим и нашим убеждениям.

то, что именуем мы добром или злом, есть лишь плод воображения нашего.

В основе всех поступков человека лежит выгода,она - главная пружина всех его предприятий.

Набожность — непременная слабость, охватывающая нас с приближением старости или по наступлении тяжкой болезни.