Отзывы о книге Adios, Hemingway

С Кубой в книжном плане я немного познакомилась этим летом. Я уже рассказывала, что это - остров моей мечты. И - обещала прочитать этот детектив по горячей рекомендации;) Прочитала... Это было и правда необычно - со многих сторон. Я уж думала, что будет такой классический детектив, только на сильно экзотическом материале. Вроде серии "Судья Ди" или того, что делает Сэйси Ёкомидзо. Поначалу - можно было так подумать. Позабавило меня, что эта книга была написана в рамках проекта с фееричным названием "Литература или смерть". Но потом - все стало немного расползаться и напоминать - немного Чейза, немного Несбе, немного Харриса и очень даже много Жоэль Диккер - Правда о деле Гарри Квеберта . Папа Хэм в заглавии - это никакой не кликбейт - он реальный персонаж книги. А точнее - фигурант дела, в котором на его знаменитой вилле нашли труп. И вести его вызвали такого умудренного опытом и уставшего от дел сыщика Марио Конде. Я бы не сказала, что это - детектив в классическом его понимании. Очень необычное дознание - немного опрашивают свидетелей, помощников и приближенных писателя. И выводы делают скорее умозрительные - потому что Папа к тому времени уже совершил самоубийство. Да - он был вспыльчивый до кровавой пелены, свернул там петуху шею... А перемежается это дознание - кусками от лица самого Хемингуэя. Совсем небольшая книжуля - большие куски от лица заглавного персонажа, немного дознания, и - конец. Я бы сказала, что это больше мужская книга - такое мачизмо изо всех сил, что свойственно Кубе. Очень странная эротическая сцена, которая оказалась сном детектива (забойные у него сны, Фрейд бы покопался). Или конец трусиками Авы Гарнер... За это баллы немного сняла. А покорило меня - начало. Когда автор старался изо всех сил - и плел кружева стиля, как паутину. А уж одна сцена с жареной в самом кубинском стиле рыбой - просто стоит всего. Конечно - рецепт дайкири - прям так, как любил Хэм, я помню - без сахара. Это такой детектив для рьяных любителей и ценителей жанра, которые уже начитались всякого и ищут какой-то экзотики. Уж ее тут - ложкой ешь. Кубинский колорит - во всем: антураже, описании еды (вроде тропического мороженого - аж слюнки потекли)), отношении к жизни. Не знаю, таким ли был Хэм и стоит ли это читать рьяным адептам писателя. Но за то, что автор обогатил мой словарь выражансом "хэмингуэеведы" (только не читайте это вслух - кажется, что можно вызвать какого-нибудь демона) - ему стоит сказать отдельное gracias.

С творчеством Падуры я знакома по роману "Злые ветры дуют в Великий Пост", который с одной стороны оказался не совсем тем, чего я ожидала (мне казалось, что это должен быть горячий кубинский детектив, а он оказался вялым и в некотором смысле скучным, пока я не приспособилась к стилю и языку автора), а с другой - превзошел все мои ожидания - я бы не стала лепить на него ярлык "детектив", не смотря на то, что главный герой полицейский, расследующий преступления. Это просто роман с детективной составляющей, а с помощью своего героя Марио Конде автор приобрел способность выразить свои собственные мысли, впечатления и отношения к чему-либо.

Вот и роман "Прощай, Хемингуэй!" не столько детектив с участием великого писателя, сколько попытка автором осмыслить личность Хемингуэя, разобраться в своем к нему отношении. Той истории с убийством, которая произошла в усадьбе Вихия в октябре 1958 года накануне отъезда Хемингуэя из Кубы, никогда не было, это вымысел автора. Но это не значит, что если бы это случилось, Хемингуэй поступил бы по-другому. Именно через это вымышленное преступление Падура пытается заглянуть в душу человека, который был и гениальным писателем, и гениальным "сукиным сыном". Роман "Прощай, Хемингуэй!" автор написал для конкурса "Литература или смерть", для участия в котором требовалось предоставить произведение с реальным писателем в качестве одного из действующих лиц. Падура, по его словам, не мог и представить себе писать о ком-то кроме Хемингуэя, так как всегда его преследовала борьба любви и ненависти в отношении писателя. У Падуры получилась действительно замечательная книга. Как и в случае с книгой "Злые ветры" этот роман не столько детектив, сколько драматическое произведение.

Бывшему детективу, а ныне начинающему писателю Марио Конде предлагают провести странное расследование: на территории возле дома-музея Хемингуэя нашли закопанный скелет. Никаких следов найти спустя сорок лет практически невозможно, но Конде берется за дело, так он не сможет дальше спокойно жить, если не выяснит, был ли способен Хемингуэй на убийство или нет.

Конечно, рекомендовать книгу всем подряд нет смысла. Если вас не интересует жизнь Хемингуэя, то наверняка читать книгу вам будет скучно (не смотря на то, что читается она очень быстро - часа три максимум). Не могу отнести себя к большим поклонникам творчества автора (пока, возможно всё ещё впереди), и пусть я знакома с его биографией только в общих чертах, я читала книгу с большим интересом. Могу с уверенностью сказать, что после этого романа, я смогла узнать и понять автора чуть больше, чем мне представлялось ранее. Это было не только интересное, но и полезное чтение.

Ава Гарднер, чьи трусики стали одним из главных предметов в романе "Прощай, Хемингуэй!". Естественно, всю книгу меня мучил вопрос, как выглядит женщина, по чьим трусам все сходили с ума)

Такая простая и вечная история. Три мушкетера, три товарища …

Сейчас их действительно трое … Четвертый вот уже семь лет, как покинул солнечную Кубу, подался «на север», как многие тысячи его соотечественников. Но речь не об этом. Тощий Карлос, Кролик, Конде. Одноклассники. Друзья.

Их трое, они сидят на парапете набережной Кохимара, опустошая запасы рома, предварительно расправившись с цыплятами, малангой, сбрызнутой соусом из горького апельсина, блюдом риса и горой пирожков, политых сиропом. Все так же, как было восемь лет назад, той весной, когда ветры великого поста были особенно злыми. Ничего не изменилось: так же неподвижны ноги Тощего, которой давно не тощий (это друзья заботливо усадили его на парапет), не переписал мировую историю мечтавший об этом Кролик, а Марио Конде по-прежнему не может сочинить мерзостного и трогательного рассказа, хотя он давно не полицейский. Трое уже немолодых и не очень-то счастливых мужиков собрались послушать историю о человеке, имя которого у миллионов людей тесно связано с Кубой. Хемингуэй… Марио Конде видел писателя воочию, давно, сорок лет назад. Он сто раз перечитывал все его книги и прошел путь от трепета и восхищения к негодованию и почти презрению. Сознавая при этом, что стоит открыть секрет силы, водившей рукой человека, написавшего «На Биг-Ривер» - и сбудутся собственные мечты о писательстве. Так близка и так далека она, тайна гения…

Марио Конде. В его руках сейчас другая тайна писателя, и разгадка её может стоить доброго имени. Есть ли шансы раскопать историю, случившуюся четыре десятилетия назад, ведь почти все герои ее давно мертвы, и сама разгадка ничего не изменит? Или изменит? И Марио Конде пройдет обратный путь – от негодования и почти презрения к безмерному уважению и сочувствию. «Прощай, Хемингуэй!» – крикнул когда-то мальчишка вслед грузному бородатому старику, встреченному на набережной Кохимара. «Прощай, Хемингуэй!» - говорит Марио Конде мифу о грубияне и пьянице, заводиле и драчуне, который придумывал грандиозные авантюры и писал нежные и суровые книги о проигравших, получал за них тысячи долларов, имел катер и дом в окрестностях Гаваны, охотился в Африке, проводил каникулы в Париже и Венеции. С ним останется Хемингуэй, каким он был без публики, без маски, без юпитеров. Уставший, побежденный жизнью. Увидевший что-то, находившееся там, «за рекой, в тени деревьев»…

Остается только сказать, что это - детектив. Но как и в случае со «злыми ветрами, дующими в великий пост» , об этом просто не помнишь.

С творчеством Хемингуэя хоть и знакома, но не настолько чтобы считать себя ее знатоком, так же и его биографию знаю урывками. Поэтому никаких ассоциаций с настоящим Хемингуэем не проводили и не сопоставляла факты. В этом романе он для меня был писателем на закате своих лет, влюбленным в Кубу, простым и человечным, с чемоданом воспоминаний, которые начали стираться в следствии лечения, с болезнями, комплексами и страданиями. Мне понравилась Куба времен Хемингуэя и времен Конде. Если кто-то хочет в этой книге найти реальные страницы биографии думаю он будет разочарован. Детективная линия здесь тоже не на первом месте. Расследование идет, но оно размыто под воспоминаниями Конде и рассказом Хемингуэя о ночи со 2 на 3 октября 1958 года. Воспоминания Конде - это его молодость, детство, это встреча с Папой, так называли Хэмингуэя его друзья, служащие, рыбаки. Это где-то воспоминания о том, чего уже никогда не вернуть, но Конде вспоминает это с грустью. А для Хэмингуэя его воспоминания были основой его романов и рассказов. И когда он начала забывать детали своих приключений, он не смог дальше писать. А не возможность творить для автора, равносильно смерти.

Он-то прекрасно знал - чтобы создавать настоящую литературу, он должен жить настоящей жизнью: сражаться, убивать, ловить рыбу, жить, чтобы иметь возможность писать.

И главное в этом романе не то, что был убит агент ФБР и кем он был убит, а в том, что Хемингуэй оказался прав в том что за ним следили. А все вокруг считали его параноиком, заставили пройти лечение электрошоком, которое стерло его память, которое погубило его творчество. И ведь этого уже назад не вернешь.

Смею надеяться, что издательство "Corpus" читает свои книги, прежде чем отправлять их в печать, иначе чем бы еще можно было бы объяснить то, что этой книге Падуры они присудили звание [roman], а не [detective], несмотря на то, что в основу романа положена история убийства - казалось бы, классика детективного жанра. И все же я на все 100% согласна с тем, что это именно [roman].

Также как детективная составляющая сюжета несколько второстепенна, так и сама личность Хемингуэя здесь описывается нетрадиционно. Хемингуэй уже старик. Старик, с богатой на события и приключения жизнью за плечами, и только потом писатель, который мастерски сумел отразить события своей жизни в своих романах и рассказах. Падура не дает Хемингуэю однозначной оценки, не навязывает свое к нему отношение. Единственная мысль от который мне едва ли удастся избавиться, когда я наконец приступлю к знакомству с творчеством писателя, это то, что всю свою жизнь он играл выдуманную для себя роль и лишь в некоторых его произведениях, можно разглядеть истинного Хемингуэя. Пожалуй этим и займусь.

Да здравствуют кубинские хемингуэеведы!

"...писатели бывают разные... Хорошие и плохие писатели; писатели, обладающие достоинством и не имеющие его; писатели, которые пишут и которые говорят, что пишут; писатели — сукины дети и порядочные люди... Я думаю, в нем было всего понемногу".

Это не детектив. Точнее, детективная составляющая здесь скорее фон. Это больше книга-переживания, книга-воспоминания, книга-осмысление прожитой жизни и наступающей старости. И вот эти чувства, ощущения детектива и писателя переплетаются, перетекают из прошлого в настоящее и придают роману особую атмосферу какой-то светлой грусти и меланхолично-философского настроения. Советую, если вы любите Кубу. С ее терпким солёным запахом моря и рыбацкими лодками в дымке на горизонте, с жарким солнцем и жгучими красавицами, со вкусом горького дайкири и древесным дымом гаванских сигар, с незыблемой тенью команданте... Советую, если вы любите Хемингуэя. Окунуться в атмосферу виллы Вихия, в которой он жил на протяжении 20 лет (с перерывами) и написал легендарного Старика. Соприкоснуться с гением не только, как с писателем, но и как с ярким, сложным, многогранным "сукиным сыном", которого можно было только или любить, или ненавидеть, третьего не дано. Советую. "Но если он уже не мог ни любить, ни охотиться, ни пить, ни сражаться, ни по-настоящему писать, то для чего жить?"

Легкий и увлекательный роман, пропитанный соленым кубинским бризом и нещадно палящим солнцем. В основе детективная история загадочного убийства, совершенного сорок лет назад, в усадьбе «Вихия», в то самое время, когда там проживал Хемингуэй. А это означает, что под подозрение попадает не только приближенные к писателю люди, но и он сам. Разгадать тайну и выяснить подробности происшедшего берется Марио Конде – бывший полицейский, а ныне писатель и страстный хемингуэвед.

Повествование условно разделено на две чередующиеся сюжетные линии – первая от лица Конде и вторая, более волнующая и интригующая, от лица самого Хемингуэя. Она переносит читателя в далекий 1958 год, освещающая последние дни жизни писателя на Кубе, приоткрывая завесу его личной жизни и проливает свет на обстоятельства того самого загадочного убийства.

Не знаю, преследовал ли автор романа цель разжечь у читателя интерес к личности знаменитого писателя, к его творчеству, но если и так, то это ему удалось. После прочтения захотелось в обязательном порядке и подробнейшим образом изучить биографию Хемингуэя)))

Мне кажется, Хемингуэй бы оценил)) Серия книг "Corpus"

Не шедевр. Мои ожидания, вдохновлённые не так давно прочитанными «Злыми ветрами…», остались грустно-неудовлетворёнными. Хотелось чего-то в том же духе, но ни сюжет, ни идея, ни герои на этот раз не увлекли. Параллельные повествования, на мой взгляд – вещь своеобразная, особенно если речь идёт не о вымышленных персонажах с их подвластными писательской воле судьбами и событиями, а о такой иконе 60-х, как Э.Хемингуэй, который и сам был достаточно амбивалентным, стремясь одновременно и эпатировать публику и таиться от неё.

Привязанность сюжета к последним годам и событиям жизни Хемингуэя, с одной стороны, ограничила творческую свободу автора, заставив опираться на какую-никакую, но фактологию. И в этом смысле книге не хватило ни документальности, ни доказательности. Но, видимо, это и не было задачей для автора, ему, наверное, просто хотелось соприкоснуться, хотя бы литературно, с этой культовой для Кубы фигурой, определить собственное отношение к её неоднозначности и той необъяснимой, но харизматической роли, которую его рассказы играли в становлении ментальности целого поколения читателей.

С другой стороны, чтобы всё же оправдать присутствие Хемингуэя на страницах детектива, ему пришлось как-то ввести в текст мотивы и героев его произведений, что, мне кажется, не обогатило, а, наоборот, уничтожило целостность текста и растворило его жанровую специфику. Если читателю произведения Хемингуэя не близки, то часть важных для автора нюансов и контекстов исчезает, делая восприятие неполным. Если же ему нравится Хемингуэй, то сплетни под видом детектива его образ не украшают. Если же читатель просто хочет следить за детективной линией, то фигура Хемингуэя ничего к ней не добавляет, а только мешает, либо заранее исключая его из числа подозреваемых, либо авансом оправдывая его поступки. На месте Хемингуэя здесь мог бы быть любой вымышленный великий писатель, и это ровным счётом ничего бы не изменило.

Пожалуй, единственное, что продолжает мне нравиться в романах Л.Падуры – это хороший язык и «весомо-грубо-зримая» кубинская маскулинная стилистика романа, за которые стоит благодарить, может, его самого, а может – переводчика.

- Прощай, Хемингуэй! Потом отвел руку назад и швырнул бутылку в воду. Сосуд с письмом, проникнутым тоской людей, что потерпели кораблекрушение на суше, поплыл вдоль берега, сверкая, словно бесценный алмаз, пока его не подхватила волна и не унесла в темноту, туда, где что-либо можно разглядеть только глазами памяти и желания.

сюжет напоминает облака. Детектив как герой Селлинджера на поле ржи, он лежит на спине и смотрит на плывущие облака, пытаясь по их форме разгадать преступления. По большому счету его работа бессмысленна, ведь все участники и свидетели преступления умерли. Есть лишь останки убитого и трусики самой красивой женщины в мире.

Я совсем не люблю, когда ворошат и перетрясают чужое, далеко не всегда чистое белье, особенно, если человека уже нет. Образ Хемингуэя с детства формируется у нас, как образ героя, борца, антифашиста, охотника и конечно великого писателя. Зачем создавать такие произведения, в которых великий человек предстает таким слабым, психически больным и вообще нелицеприятным типом. Даже, если какие-то факты могут быть документально подтверждены, это не то, о чем следовало бы писать и делать основой детективного расследования какого-то романа. Мое мнение, что сам автор просто выразил и обнародовал свои пороки и пристрастия посредством Марио Конде через Хемингуэя. Ладно, согласна, что Хемингуэй не является божеством, согласна, что Падура пытался показать нам жизнь писателя на острове как бы изнутри, вроде как будто мы являемся непосредственно действующими лицами, старался показать, за что Хемингуэй любил остров, в то время, как большинство кубинцев пыталось вырваться с этого острова свободы. Но даже то, что герой Марио Конде проходит в своем расследовании от любви до ненависти и в конце опять приходит к любви к писателю, не делает книгу лучше. Прощай, Л. Падура!