Цитаты из книги The Cicero Trilogy

Когда дело доходит до политики, люди в большинстве превращаются в настоящее стадо.

...прежде чем задать вопрос, подумай, хочешь ли ты знать на него ответ.

в политике не всегда удается самому выбирать даже врагов, не говоря уже о друзьях

- Вот что я тебе скажу, Тирон, - заявил он мне, - мне еще никогда не приходилось видеть финансового директора, который не оставил бы для себя копию досье после того, как передал дела своему приемнику. Так, на всякий случай.

— Иногда, — сказал Цицерон, — когда ты увяз в политике, следует ввязаться в драку, даже если ты не знаешь, как в ней победить. Потому что только во время драки, когда все приходит в движение, ты можешь увидеть выход.

Упорство, а не гений возносит человека на вершину.

"Пока есть жизнь, есть надежда".

Как говорит Платон: "На что бы ни надеялся разум, будущее в руках богов".

...: то, что начинается с благодарности, быстро превращается в зависимость и, в конце концов, воспринимается как должное.

Без сомнения, величайшим даром Провидения людям является то, что мы не знаем своего будущего.

нет ничего, чего нельзя было бы создать, разрушить или исправить с помощью слов.

"Упорство, а не гений возносит человека на вершину. В Риме полным-полно непризнанных гениев, но лишь упорство позволяет тебе двигаться вперед".

- Иногда, - сказал Цицерон, - когда ты увяз в политике, следует ввязаться в драку, даже если ты не знаешь, как в ней победить. Потому что только во время драки, когда все приходит в движение, ты можешь увидеть выход.

Власть одаривает человека многим, но честность и принципиальность редко входят в число её даров.

Репутация одного человека никогда не проживет очень долго; ведь то, что говорят люди, умирает вместе с ними, и репутация стирается забывчивостью следующих поколений

“В политике не существует окончательных побед, в ней существует только цепь беспощадных событий, сменяющих друг друга.”

Как оценят нас последующие поколения, а, Тирон? – вдруг вновь заговорил он. – Вот – единственно важный вопрос для любого государственного деятеля. Но есть еще одна штука: для того, чтобы они могли судить о нас, они должны нас помнить.

Пусть будущие поколения сколь угодно потешаются надо мною за мою глупость и претенциозность – самое важное, что им придется меня читать, в том и будет заключаться моя победа.

— Ты не можешь этого сделать! — Почему нет? — Потому что это будет выглядеть как атака Сената на народ. — Ничего подобного. Это атака Сената на нечестность и коррупцию. — Может быть, ты и прав, но в политике подчас важнее то, как выглядит та или иная инициатива, а не то, что она значит.