Цитаты из книги Сокрытые

Злость обитала повсюду... Ее горький вкус с оттенками металла, плесени и ацетона прилип к кончику языка, отравляя каждое произносимое мной слово. Злость не давала окончательно раскиснуть, но в то же время она с легкостью извратила саму суть произошедшего, завладела моим сердцем и научила обвинять

...все новое начинается именно с преодоления страха. Только поборов его, ты сможешь двигаться дальше

Сочувствие всегда не равно чувству!

Какие необычные ассоциации возникают в голове, когда стараешься не думать ни о чем. Когда настойчиво пытаешься изгнать даже последнюю мысль «не думать». Когда чувствуешь, как она потихоньку затихает, стирается, оставляя пустоту, а ты, боясь отпустить себя окончательно, в последнее мгновение цепляешься за край этой мысли и продолжаешь балансировать на грани, оттягивая неизбежное

"Как легко сознаваться. если говоришь от чистого сердца!"

Они не знакомы и больше не встретятся, но в них горит одно и то же пламя: они влюблены в ночь.

Никогда не нужно трогать то, что уже умерло. Тем более прошлую любовь. Самое глупое, что можно сделать, — это снова вытащить ее на свет

Там, среди деревьев, я пообещала моему дорогому другу не сходить с  выбранного пути, радоваться чуду жизни и  писать о нем до тех пор, пока видят глаза, пока чувствует тело, пока мозг в состоянии различить, где должна стоять запятая, а где точка.

У человека есть желания, выбранные рассудком, эдакие дети усердных размышлений, а есть желания, возникшие внезапно, и они подобны любви с первого взгляда, и точно так же кажутся единственно возможными, а оттого – непреодолимыми. Любую вещь они способны превратить в символ. То же случилось с туфлями, их я оплатила сама.

В  больших городах вечно ждут чего-то в будущем, а настоящее всего лишь способ к нему подобраться.

Ага, можешь сколько влезет жевать горькие листья, но покорить тебя способно только хорошее мясо.

– Вы, Макс, – сухо произнесла я, – далеко не  тот простой человек, которым пытаетесь себя выставить. Вы никогда не сомневаетесь в своих решениях и привыкли добиваться любых целей, идя к ним напролом и совершенно не беспокоясь о чувствах или репутации окружающих.
– Многовато слов, моя милая. Назвали бы сразу социопатом, и дело с концом!

Знаете, ведь добряков никто не любит, читать про них – скука смертная.

– Может, и мне написать какой-нибудь роман? Самое время, как считаешь, Беккер? – Попробуйте, – ответила я. – Но учтите, это заберет у вас месяцы, а то и годы жизни, вы будете разом обожать и ненавидеть своих героев, а в результате останетесь недовольны собой.

– Что происходит? – поинтересовались встречные.
– Любовь, банальная любовь тут происходит! Расходитесь, мешаете проехать транспорту…

Любовь никогда не заканчивается смертью одного из партнеров, она продолжается до тех пор, пока живущий хранит ее, а то и дольше.

Нас объединял страшный недуг: мы оба безнадежно помешались на печатном слове. Это было наше божество и проклятие; к нему мы взывали, его осуждали, но жить без него не могли.

Каждый год природа учит нас прощаться с иллюзиями и прощать самих себя за недостатки. Ах, если бы мы замечали ее мудрость!

Дождь показывает истинную натуру человека: у одних сразу портится настроение, и они начинают ругаться на капризы природы, другие радуются им, выходят под капли льющейся с неба воды, не страшась промокнуть, и смеются… смеются…