Цитаты из книги Шоколад

Старые привычки не умирают. И если вы однажды занимались исполнением чужих желаний, этот порыв никогда не оставит вас.

Мне вдруг стало невыносимо горько за дочь, выдумывающую невидимых друзей, чтобы заполнить пространство вокруг себя. Только мать эгоистка может вообразить, будто она одна способна заполнить это пространство. Эгоистка и слепая.

Нет, куда бы не завели тебя скитания, каждый уголок на земле по- прежнему самобытен. А сердце со временем начинает разъедать ржа.

Один кошмарный миг я была уверена, что сейчас услышу признание в убийстве мужа. Такое у нее было лицо- такая дикость и очарование, такая бесшабашность, и губы карикатурно растянуты, будто она надкусила кислый фрукт. Горячими и холодными волнами попеременно от нее исходил страх.

Друг есть друг. А Чарли ( пес) был хорошим другом.

Пища богов пузырится и пенится в ритуальных чашах. Горький эликсир жизни.

Вновь воцарился унылый февраль: холодная морось выкрасила мостовые и небо в цвет старой оловянной тарелки.

Дьявол труслив: он не открывает лица. Не имеет сущности, распылен на миллионы частичек, что коварными червоточинами проникают в кровь и душу.

Воздух пропитан густым и жарким запахом шо-колада. В отличие от безвкусного порошкового, что я пробовал в детстве, этот шоколад источает сочную терпкость, как душистые бобы на кофейных лотках на рынке, благоухание «Амаретто» и тирамису, Дымный жженый аромат он проникает мне в рот, у меня текут слюнки.

Есть что-то нездоровое в столь обильном сре-доточии изысканности. Отчасти исполненное обещание запретного блаженства. Я старался не смотреть, не нюхать.

А вот шоколад - другое дело. Да, чтобы его приготовить, нужно мастерство. Легкая рука, сноровка, терпение, каким никогда не обладала мать. Но формула неизменна. Это безопасно. Безвредно. И не нужно заглядывать в чужие сердца, брать, что хочу; я просто исполняю желания, делаю то, о чем просят.

а мамины пряности и амора добавляют тонкости чу-десам простым и чувственным. Мимолетность - вот что отчасти восхищает меня. Столько труда, любви, искусного мастерства вкладывается в удовольствие, которое длится всего-то мгновение и которое лишь немногие способны по-настоящему оценить.

Какая глупость он не настигнет нас даже в этом городе? У Черного Человека множество лиц, и все неумолимы, суровы и почему-то завистливы.

- Мы можем посещать церковь, если ты хочешь, - ласково говорю я. — Но ты же сама понимаешь: это ничего не изменит. -Почему? --с упреком. Они ведь не верят. Им плевать на Бога. Они просто ходят в церковь.

Ведь старого человека не усыпляют? говорит он. с жаром Нет, пока в нем... - он подыскивает слова, — не угасло стремление к жизни.

Шоколадные шишечки, крендельки, пряни-ки с золоченой окантовкой, марципаны в гнездышках из гофрированной бумаги, арахисовые леденцы, шо-коладные гроздья, сухое печенье, наборы бесформен-ных вкусностей в коробочках на полкило... Я продаю мечты, маленькие удовольствия, сладкие безвредные соблазны, низвергающие сонм святых в ворох ореш ков и нуги...