Отзывы о книге Заповедник

Вот ты спрашиваешь про «Заповедник» Довлатова? А я тебе так скажу: это не просто книжка. Это — как рюмка хорошей водки на рассвете. Горько, ясно, и сразу понимаешь: жизнь‑то — она вот она, никуда не денется. Или как утренний туман над Пушкиногорьем: и прозрачно всё, и в то же время — ни черта не разберёшь. Или как разговор с умным, усталым человеком за рюмкой чая. Не водки — именно чая. Потому что водка тут уже была. И не раз. И от неё остались только лёгкие тени под глазами да горькая складка у рта.

Читаешь — и будто сидишь напротив самого Сергея Донатовича. Он не то чтобы жалуется, нет. Просто рассказывает. Спокойно, с усмешкой. Про себя — как про постороннего. Про жизнь — как про анекдот. А ты слушаешь и понимаешь: вот она, правда. Не глянцевая, не приглаженная, а настоящая — с трещинами, пятнами и нелепыми случайностями.

Это как похмелье без похмелья. То есть голова ясная, а ощущение — будто вчера было слишком много всего. И теперь надо как‑то жить дальше. С этой ясностью. С этой горечью. С этим странным, щемящим чувством, что всё, в общем‑то, не так уж плохо.

О чём, собственно, речь

Есть у нас герой — Борис Алиханов. Писатель, если по паспорту. А если по жизни — человек, который запутался так, что хоть кричи. Работа не идёт, душа ноет, будущее — как туман над болотом. И вот он, бедолага, приползает в Пушкинский заповедник (оно же Михайловское) и устраивается экскурсоводом. Думает: «Тут‑то я найду покой». А находит — жизнь. Ту самую, которую и прячут, и выставляют напоказ, и от которой бежишь, а она всё равно догоняет.

Через его глаза мы видим: вот туристы, вот коллеги, вот природа, вот история. И всё это — как мозаика, где смешное рядом с грустным, а высокое — рядом с пошлым. И не разобрать, где шутка, а где правда. А правда, она всегда где‑то посередине.

Что цепляет — по пунктам

Юмор, который режет, как нож. Довлатов — мастер. Он смешит, а тебе вдруг становится не до смеха. Вот он описывает туристов, которые «пришли посмотреть на гения, а видят только забор». Или коллег, которые «знают Пушкина лучше, чем себя, но себя любят больше, чем Пушкина». И ты смеёшься, а потом задумываешься: а ведь так оно и есть.

Автобиографичность, от которой мурашки. Знаешь, что самое страшное? Что это — правда. Довлатов сам там работал, сам всё это видел. И оттого каждое слово — как гвоздь в доску. Не приукрашено, не сглажено, не «для красоты». А так, как есть. И от этого — ещё больнее, ещё правдивее.

Язык, от которого дух захватывает. Он пишет так, что хочется перечитывать каждое предложение. Лаконично, точно, без лишних слов. Как будто ты сидишь с ним за столом, и он тебе рассказывает — не книжку, а жизнь. И ты слушаешь, и киваешь, и думаешь: «Да, брат, так оно и бывает».

Темы, которые не стареют. Да, время — СССР, 70‑е. Но разве это важно? Ведь речь о:

том, как творчество съедает тебя изнутри;

том, как одиночество становится твоим лучшим другом;

том, как рутина превращает жизнь в болото;

том, как идеалы разбиваются о реальность, а реальность — о идеалы.

Кому читать — строго по списку Тем, кто понимает, что смех — это не всегда весело.

Тем, кто любит правду, даже если она колет глаза.

Тем, кто хочет увидеть советскую эпоху без пафоса и лозунгов.

Тем, кто хоть раз чувствовал, что «не вписывается» и ищет, куда бы приткнуться.

Тем, кто знает: жизнь — это не праздник, а работа. Тяжёлая, но необходимая.

Вывод, если он кому‑то нужен

«Заповедник» — это книга, после которой остаётся осадок. Как после хорошей выпивки: сначала тепло, потом горько, потом — ясно. Она не даёт ответов. Она даже не задаёт вопросов. Она просто показывает: вот жизнь. Такая, какая она есть. Без прикрас, без лжи, без иллюзий.

Довлатов не судит. Он просто смотрит. И мы смотрим вместе с ним. И видим себя. И понимаем: да, мы — такие. Со слабостями, с ошибками, с надеждами. И это — нормально.

Так что бери книгу. Читай. И помни: жизнь — она вот такая.

Оценка: 5 из 5. Обязательно к прочтению. Иначе — как без водки на рассвете.

Как же мне нравится его юмор. Вообще и смешно и грустно. это третье произведение, которое я прочла у Довлатова и бля, ну я его уже обожаю!!!!

Нравится лёгкость, нравится ощущение, что он не особо подбирает слова, пишет как есть, как и разговаривают обычные люди (ну, за исключением тех правильных людей, которые не матеряться и не пьют, ахахах) блин, ну кароче, это надо один раз прочесть чтобы понять Мне по прежнему сложно подобрать слова, которые передадут полностью мои впечатления

Заповедник - книга малютка . Там 150 страниц. Я прочла ее оч быстро

Талант, если он есть, то его не пропьешь, как бы ты ни старался. А автор старался, старался с целенаправленным упрямством. Меня всегда удивляло как люди могут пить неделями, не просыхая и не приходя в сознание. Оказывается могут и будут мочь, ибо это тоже своего рода талант. Моё знакомство с Довлатовым только началось. Если читая "Наши" я смеялась, то "Заповедник" был пропитан тоской и грустью. Талант он конечно талант, но когда личная жизнь летит под откос, то только и остается, что пить до потери сознания и зелёных человечков. Но даже в тоске по несбыточному Довлатов не теряет чувство юмора.

"О вреде спиртного написаны десятки книг. О пользе его - ни единой брошюры. Мне кажется, зря..."

Если просто пересказать сюжет книги А. Довлатова «Заповедник», то вы скептически отнесётесь ко всему, что написано ниже. Он как всегда пишет про себя, про один из этапов своей жизни. Но в этом наверное и заключается гений автора - простым сюжетом простыми словами передать глубокий смысл. Для меня в книгах Довлатова всегда привлекает стиль - легкий, искрометный, насыщенный необычными сравнениями метафорами и главное с юмором от хи- их до хо-хо. А то как он описывает героев - даже самый конченый алкаш становится интересной личностью. Его книги можно прочесть залпом за один присест, но это удовольствие из тех, которые хочется растянуть по-дольше.

Бывают такие книги, которые появляются в твоей жизни не просто так. Прочитанные часто случайно, они оказываются настолько острыми, задевающими нутро и западающими в душу, что страшно становится. Такой стала для меня книга Довлатова. Не буду говорить о потрясающем языке автора, он не требует пояснений. Любой, прочитавший пару страниц оказывается под мощным влиянием сочного и сильного довлатовского стиля. Хотелось бы обратиться к главному герою. Он талантлив, умен, обладает широкой интуицией и подвешенным языком. При этом он пассивен, инертен, равнодушен к судьбе супруги и ребенка. Да и к своей собственной, если на то пошло. Главный герой пьет. Запойно, страшно, похмелье, описанное автором, схоже с похмельем алкоголика самой последней стадии. Эта книга прежде всего о человеческой слабости. О том как человеческие мечты погребаются под бесцельными попытками что-то изменить и пустыми бутылками от выпитого пойла. Так сложилось, что в моем окружении есть люди, напоминающие главного героя. И от этого становится больно и страшно. Довлатов осветил проблему, но не предложил путей решения. Может быть потому что их нет?

Это было знакомство с автором, долгожданное и долго откладываемое. Не сказать, что оно прошло на сто процентов удачно.

О сюжете. Непризнанный гений после развода с женой едет в заповедник-музей Пушкина, дабы работать там экскурсоводом и напиваться с другими такими же непризнанными гениями. На этом, собственно, все. Ах да, еще жена собирается уехать навсегда в Израиль, забрав дочь. Герой ехать не хочет, а на Родине ему живется плохо, отсюда, видимо, внутренний конфликт и кризис, а так же стойкое желание залить горе спиртным.

Честно сказать, тема лишнего и потерянного человека набила оскомину еще в школе, а аннотацию почему-то перед ознакомлением с книгой не прочла. В "Заповеднике" царит безысходность и бессмысленность всего происходящего. Четко видна параллель между Пушкиным и главным героем, проводимая автором (не уверена, что оправданная, ибо Пушкин, как известно любому ребёнку, "наше все"). Довлатов сам говорит о том, что "слабые преодолевают жизнь, мужественные-осваивают", однако герой у него не "осваивает", он плывет по течению и прячется в закрытой квартире от милиции во время многодневного запоя. Кроме того, в книге отчего-то наблюдается некая связь между интеллигентностью и алкоголизмом. Все пьющие персонажи наделяются какими-то интересными чертами, как бы говорящими, что пьют они не просто так, а от тотального непонимания между собой и окружающими или по причине злых обстоятельств.

При всём этом я ни сколько не умаляю умения Довлатова писать интересно и оперировать словами,книгу хочется растащить на цитаты, меткие и весьма ироничные, местами. Поэтому рука не поднимается поставить плохую оценку. Может быть, это просто "не мое" произведение.

Я столько читал о вреде алкоголя! Решил навсегда бросить… читать.

Почему-то наши алкоголики, даже простые из собственного двора, а не только писатели, всегда слывут философами и джентльменами. Почему-то их замутненный разум выдает емкие реплики, над которыми люди долго потом смеются или размышляют. А что уж говорить о писателе, непризнанном жестокой цензурой родины, но одержимым желанием писать даже, если не дадут напечатать. Прослеживается полное безволие героя к своей судьбе. Хочет он много, но вот руки опустились и предпринять ничего не может. Складывается впечатление, что всё население Союза тогда находилось в подобной прострации, не зная как поступить, чтобы остаться при своих интересах. При первом знакомстве с автором в повести «Филиал» мне он показался печальным изгоем. И та книга понравилась, ее юмор, мудрость, с которой Довлатов сравнивает советскую общину за бугром с филиалом. Здесь же в «Заповеднике» царит мрак и безнадега, хотя юмор тоже присутствует.

Почему мне легко читать Довлатова? Потому что он - как задушевный собеседник в застольной компании. Его слушаешь, смеешься, пытаешься запомнить остроты и очень емкие речевые обороты, которыми он сыплет частенько, ведешь с ним диалог прямо на его страницах, разделяешь каждое его негодование, возмущение, каждую мысль. Почему мне тяжело читать Довлатова? По той же самой причине.

В "Заповеднике", где так переплелись судьбы Иосифа Бродского, лирического героя, самого Сергея Довлатова и всего советского диссидентства, невозможно не разглядеть его боль за судьбу таких же, как он, вынужденных уехать. Боль за то, что он покидает в СССР и неприязнь к тому, от чего он бежит. И не даром события книги разворачиваются в местах ссылки и в то же время одного из самых дорогих мест для Пушкина - в Псковской области, в мемориале поэта. Нелюбимый властью один, нелюбимые властью литературные потомки.

— Нужно как следует подготовиться. Проштудировать методичку. В жизни Пушкина еще так много неисследованного… Кое-что изменилось с прошлого года… — В жизни Пушкина? — удивился я.

А на самом деле вот так и меняются только методички и власть, что их издает, а бежать приходится от того же самого.

Прочитано в рамках "Книжного путешествия. Тур 8"