Цитаты из книги Мастер и Маргарита

Сегодня на Патриаршах будет интересная история

Роман был дописан. "И я вышел в жизнь, держа его в руках, и тогда моя жизнь кончилась...".

Поехал домой, выпил как следует, закусил, хорошо!

Всему приходит час.

Правду говорити легко і приємно.

Человечество любит деньги, из чего бы те не были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. ©М. Булгаков "Мастер и Маргарита" издательство Азбука, серия "Мировая Классика" , 2018. с. 151

- Пошёл вон, - сказал ему Воланд. - Я ещё кофе не пил, - ответила кот, - как же это я уйду?

В области разума никакого доказательство существования бога быть не может.

И вскоре ужас и отчаяние охватили меня, и показалось мне, что я построил домик и лишь только в него переехал, как рухнула крыша.

Кто сказал, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви? Да отрежут лгуну его гнусный язык! — Начало второй части

– Совершенно ясно, – подтвердил кот, забыв свое обещание стать молчаливой галлюцинацией, – теперь главная линия этого опуса ясна мне насквозь. Что ты говоришь, Азазелло? – обратился он к молчащему Азазелло. – Я говорю, – прогнусил тот, – что тебя хорошо было бы утопить.

Варенуха проделал все, что полагается человеку в минуты великого изумления. Он и по кабинету пробежался, и дважды вздымал руки, как распятый, и выпил целый стакан желтоватой воды из графина, и восклицал: – Не понимаю! Не по-ни-ма-ю!

На месте Наташи оказался Николай Иванович. Он приобрел свой прежний человеческий облик, но был чрезвычайно мрачен и даже, пожалуй, раздражен. - Вот кого с особенным удовольствием отпущу, - сказал Воланд, с отвращением глядя на Николая Ивановича, - с исключительным удовольствием, настолько он здесь лишний.

В учреждениях тоже нехорошо. Но это бы ещё с полгоря, худо, когда дома нехорошо.

Мне вдруг показалось, что осенняя тьма выдавит стекла, вольётся в комнату и я захлебнусь в ней, как в чернилах.

Так вот она говорила, что с жёлтыми цветами в руках она вышла в тот день, чтобы я наконец ее нашёл, и что, если бы этого не произошло, она отравилась бы, потому что жизнь ее пуста.

"Все та же непонятная тоска, что уже приходила на балконе, пронизала все его существо. Он тотчас постарался ее объяснить, и объяснение было странное: показалось смутно прокуратору, что он чего-то не договорил с осужденным, а может быть, чего-то не дослушал. Пилат прогнал эту мысль, и она улетела в одно мгновение, как и прилетела. Она улетела, а тоска осталась необъясненной, ибо не могла же ее объяснить мелькнувшая как молния и тут же погасшая какая-то короткая другая мысль.."