Цитаты из книги Перья

Честность - лучшая политика

– Ты завершишь свои крылья, – его челюсть напряглась. – Может быть, даже вовремя для Ашера…

– Джаред, прекрати! Мне не нужен Ашер.

– Но нужен ли тебе я?

Пронзившая мою грудь боль избавила меня ото всех сомнений по поводу нашей близости. Тронутая его альтруизмом, я почувствовала, как по моей щеке скатывается слеза и падает на мое напряженное предплечье. Я попыталась ответить ему, но вместо «да» у меня вырвался всхлип.

Как я ненавидела его у ту ночь! Но как я любила его каждую последующую.

"Мое сердце упало прямо в мои блестящие туфли."

- Нет, Сераф, я никогда не переставала жить или мечтать. Мои желания просто изменились, чтобы соответствовать мечтам Джареда. Ты не можешь открыть кому-то своё сердце и ожидать, что ничего не выпадет наружу или не проскользнет внутрь.

— Любовь —это не святость…— сказала она наконец. — Любовь — это естественно.

Я завороженно наблюдала за его элегантной походкой. Пока мужчина наполнял чем-то свой стакан, я осматривала его с головы до ног. Он был создан из обсидиана и звездного света, а не из плоти и грехов. Если кто-то и был грешником в этой комнате, так это я.

— Я пытался быть грубым с тобой, но ты осталась, - кончики его пальцев скользнули к моей талии, сжимая ее вместо того, чтобы просто направлять. - Теперь я надеюсь, что доброта сможет отпугнуть тебя.

— Лей, - позвал Тристан, указывая пальцами сначала на свои глаза, а затем на мои. — Я бы предпочел избежать семи лет плохого секса. — Прошу прощения? — Когда чокаешься, надо смотреть в глаза друг другу. Чтобы предотвратить неудачу в спальне. Или где еще тебе нравится раздеваться.

— Почему тебя волнует, что случится со мной? — Потому что мой город опасен. Потому что ты женщина, гуляющая ночью одна. Потому что ты ушла от меня злой, и по какой-то необъяснимой причине твой гнев заставляет меня чувствовать вину. А я никогда не чувствую вину.

Ни человек, ни ангел не могли затмить этого мужчину, чья величественная тьма поглощала даже самый яркий свет.

Все в этом грешнике было настолько темным, будто при рождении его вымазали в смоле. И эта смола окрасила его волосы, глаза и душу. Если бы у него были крылья, они тоже наверняка были бы черными как смоль.

"— Имеешь в виду, не говорить все, что на уме? Мой ум достаточно говорлив."