Цитаты из книги Правда

Волшебники, совершающие странные поступки, - это не новости. Волшебники, совершающие странные поступки, - это волшебники.

"Абсолютно прозрачны" может означать одно из двух: либо эти самые мотивы видны насквозь, либо их просто нельзя увидеть.

То, что интересует общество, не всегда в интересах общества.

При каждом штурме, каждой засаде, каждом внезапном налете на укрепленный лагерь противника, какой-нибудь де Словье скакал в первых рядах, в поисках славы или смерти, а иногда того и другого сразу. Для де Словье просто не существовало врага слишком сильного, раны слишком глубокой или меча слишком тяжелого. И могилы слишком глубокой тоже.

В тюрьме было очень тихо и спокойно. Скамья оказалась удобной. Стены покрывали надписи, и Вильям коротал время, исправляя орфографию.

Законы вселенной требуют, чтобы у каждой вещи был свой наблюдатель, иначе она просто исчезнет.

- Он же, ять, почти ничего и не делает!

• Ага, это одно из самых сложных умений. Особенно в политике.

- О да, ваше сиятельство, это может закончиться большой бедой, - глубокомысленно изрек Чудакулли. Эта фраза всегда работала, в любом споре. Кроме того, в подавляющем большинстве случаев она соответствовала истине.

– Я подозреваю… мне нужно очень, очень сильно сожалеть, изо всех сил, б…
– ДА.
– Ну… и сколько у меня на это времени?
Смерть посмотрел вверх, на странные звезды.
– ВСЕ ВРЕМЯ МИРА.

– Три счастливых года в браке, – радостно сказал Артур, махая далекой фигурке жены. – Остальные тридцать два тоже были не так уж плохи. Но сносно готовить капусту она так и не научилась.

Очень осторожными движениями Достабль открыл особое отделение своего лотка, здесь он хранил товар высшего сорта, сосиски, сделанные из: 1) мяса, 2) известного науке четвероногого животного, 3) вероятно, наземного.

Мозг начинает работать намного быстрее, если подозревает, что его вот-вот разрубят пополам.

Вселенная требует наблюдения буквально за всем, иначе она тут же перестает существовать.

Когда человек прибегает к помощи "совершенно очевидно", это значит, что в их доводах существует солидная брешь и они знают: никакой очевидностью тут не пахнет.

Все расположенное задом наперед куда проще понять, если поставить еще и с ног на голову, - объяснил лорд Витинари, рассеянно постукивая себя по подбородку серебряным набалдашником трости. - Как в жизни, так и в политике.

Без инструментов люди не более, чем сообразительные животные.

Людям нравится, когда им говорят то, что они уже знают. Помни об этом. Но когда говоришь им что-то новое, люди начинают нервничать. Новое…понимаешь ли, новое оказывается для них неожиданным. Им нравится узнавать, что, скажем, собака покусала человека, потому что собаки именно так и поступают. Но о том, что человек покусал собаку, людям не хочется знать, потому что так быть не должно. Короче говоря, людям кажется, что им нужны новости, но на самом деле они жаждут страстей.

Сфет фо фсех формах – моя страсть. Сфет мой холст, тень – моя кисть.

Тяжелую правду он находил более легкой, чем самую легкую ложь.