Цитаты из книги Вершина холма

Господь хранит пьяных и безумных.

Ему захотелось встать, схватить ее в объятия и не отпускать, но они были в ресторане, и он лишь попросил официанта принести новую чашку кофе.

унижения и жестокая травля во все века выпадали на долю будущих поэтов и героев и формировали их души.

Я страховочная сетка, натянутая под канатом, на котором балансиру ют многие семьи

Из приемника, настроенного на волну какой-то станции в Новой Англии, лилась мелодия «Полета валькирий» в исполнении симфонического оркестра. Он улыбнулся и придавил педаль газа. Старый добрый Вагнер, подумал Майкл, задолго до автомобильной эры сочинил музыку, будто специально предназначенную для дороги.

Хорошему человеку трудно понять плохого. Слабые раздражают сильных. Не следует путать талант с добродетелью.

...порой случается непредсказуемое и в твою жизнь входят новы, удивительные люди...

У каждого из нас своя пагубная страсть...Мы живем этими страстями и они же приводят нас к гибели. Через них мы выражаем себя, хотя порой нас понимают превратно.

Людям следует носить ярлыки, чтобы вс знали, кто есть кто.

Его всегда приглашали в качестве свободного мужчины, этакого самого дорогого угощения, которым хозяйка потчевала гостей...

Незамужнюю женщину нельзя обвинить в адюльтере, правда?

Дети - сознательный риск.

Я бы предпочёл не иметь дел с юридической фирмой, в названии которой стоят четыре фамилии.

Несмотря на уличную толкотню и стабильность шиллинга, стоит человеку хоть ненадолго попасть в Вену, и ему уже не избавиться от ощущения, что он оказался в историческом музее, где все говорит о славном прошлом и ничто – о будущем.

-Правильно делают в университетах. Каждые семь лет человеку предоставляется отпуск на год. Зарядить батареи.

Если бы при этой сцене присутствовал Фрейд, его мученический стон разнесся бы по всей Европе.

Забываешь, что где-то идет война, люди убивают друг друга в джунглях. В Нью-Йорке раскроешь «Таймс», и тебе становится неловко от того, что ты в безопасности, отлично накормлен, спишь в мягкой постели; ты начинаешь стыдиться своего благополучия. На улице загля-дываешь в лица людей и спрашиваешь себя -как они живут с таким чувством?

Женщина с такой внешностью имеет право на столько меховых шуб, сколько вместит ее гардероб.

Душный офис напоминал ему стерильную больницу, где врачи спешат по коридорам к обреченным пациентам, чтобы вынести им смертный приговор.

Он не мыслит жизни без риска, этого заменителя свободы. Арифметика тут простая – десять минут полета, победы над страхом равняются пяти дням с понедельника до пятницы.