Цитаты из книги Дарога

Да, ты забудешь то, что хочешь помнить, и будешь помнить то, что хочешь забыть.

Люди всегда готовятся к будущему. Я же об этом никогда не заботился. Будущее их не ждет. Оно даже не подозревает об их существовании.

За всю историю человечества наказаний было больше, чем преступлений.

Там, где людям не выжить, богам делать нечего.

Учти: каждый раз, осознано или нет, ты изменяешь то, что вспоминаешь.

- Все, что ты сейчас запомнишь, останется с тобой навсегда. Хорошенько об этом подумай. - Но что-то иногда забывается? - Да, ты забудешь то, что хочешь запомнить и будешь помнить то, что хотел забыть.

Когда ты умираешь, все вокруг умирают вместе с тобой.

Не существует "позже". "Позже" - это уже сейчас.

- Где-то же есть хорошие люди. Ты сам говорил. - Говорил. - Ну и где же они?

Когда мы все умрем, никого не останется, кроме смерти, да и ее дни будут сочтены. Она пойдет по дороге, а вокруг пусто, никого нет. Что ей тогда делать? Вот она и спросит: «Где все?»

— Сегодня никто не желает жить и никто не хочет умирать.

Жизнь взаймы: время - в долг, мир - тоже, даже глаза, чтобы ужасаться и лить слезы, и те - в долг.

Загадка: чем отличается «никогда» в настоящем от «никогда» в прошлом?

Восстанови в памяти образы из прошлого. Если нечего вспомнить, сам придумай новые ритуалы и неукоснительно их соблюдай.

Почему мое сердце не из камня?

Женщинам снятся сны про несчастья, грозящие их близким, а мужчинам - про несчастья, грозящие им самим.

Но не слишком увлекайся. Учти: каждый раз, осознанно или нет, ты изменяешь то, что вспоминаешь.

- Раньше мы говорили о смерти. Теперь перестали. Не знаешь почему? - Не знаю. - А я знаю - она нас настигла. Больше не о чем говорить.

— Если ты останешься один, у тебя пропадет желание жить. Я по собственному опыту знаю. Тому, кто совсем одинок, можно только посоветовать придумать себе кого-нибудь. Вдохнуть в него жизнь, задобрить словами любви. Отдать последнюю крошку хлеба, защитить от опасности собственным телом. Что касается меня, то я ищу только вечного небытия. Это — моя последняя надежда.