Цитаты из книги Цветы для Элджернона

Очень легко иметь друзей если раз ришаеш смияца над собой. Там где я буду жыть у меня будет много друзей.

Как я и подозревал, он ушел не навсегда. Ничто в нас не исчезает без следа. Операция прикрыла Чарли тонким слоем культуры и образования, но он остался. Он смотрит и ждет.

... врачи боятся прогресса.

Окружающие кажутся мне теперь совсем другими. Каким же глупцом надо было быть, чтобы всех профессоров чохом причислять к гигантам мысли! Мало того что все они лишь самые обычные люди, они еще и одержимы страхом, что остальной мир поймет это. Алиса - тоже человек, а не богиня. Завтра вечером я веду ее на концерт.

Я на самом верху и сознаю это. Всем вокруг кажется, что я убиваю себя работой, но они не понимают, что сейчас я живу на самой вершине ясности и красоты, о существовании которой и не подозревал. Все мои составляющие настроены на работу. Днем я впитываю, а вечерами - в моменты, прежде чем провалиться в сон, - идеи фейерверком взрываются в голове. Нет в мире большего наслаждения.

- Никто не в состоянии предложить нечто совершенно новое, миссис Немур. Каждый исследователь начинает работу на развалинах идей предшественников. Значение имеет только конечный вклад в сумку знаний.

Очень трудно отучиться контролировать свои мысли. Распахни свой мозг и дай чему угодно вливаться в него.

Я осознавал, как слова тяжело ворочаются у меня во рту, словно в каждую щёку сделали по уколу новокаина.

Голые знания, не пронизанные человеческим чувством, не стоят ломанного гроша.

"Как странно, что свет может ослеплять…"

Каким же глупцом надо было быть, чтоб всех профессоров чохом причислять к гигантам мысли!

Продолжая строить планы на нашу новую счастливую совместную жизнь, она крепко обняла меня. У меня не хватило духу сказать ей, что учителя мои больше не учат детей, соседи все переехали, дядя Герман давно умер, а отец покинул ее много лет назад. Мне хотелось видеть ее улыбку и сознавать, что впервые в жизни я заставил ее улыбнуться.

Она начала что-то бормотать. Я уселся на табуретку с твердым намерением дождаться, пока она выйдет из забытья и признает меня. Не уйду, пока она не поймет, что я – Чарли, ее Чарли! Ведь должен же хоть кто-нибудь поверить мне!

Раньше меня презирали за невежество и тупость, теперь ненавидят за ум и знания. Господи, да чего же им нужно от меня?

"Вселенная расширяется - каждая частичка удаляется от другой, швыряя нас в темное и полное одиночества пространство, отрывая нас: ребёнка от матери, друга - от друга, направляя каждого по собственной тропе к единственной цели - смерти в одиночестве. Любовь - противовес этому ужасу, любовь - акт единения и сохранения."

До операции ты не был таким. Ты не валялся в собственной грязи, не жалел самого себя, не засорял мозг бесконечным сидением перед телевизором, не огрызался и не рычал на людей. В тебе было что-то, что вызывало уважение - да-да, уважение! Такого я у слабоумных прежде никогда не встречала.

замкнутый на себе мозг не способен дать окружающим ничего, только боль и насилие. В бытность слабоумным я имел много друзей. Теперь их у меня нет. О, я знаю множество народу, но это просто знакомые, и среди них нет почти ни одного человека, который что-нибудь значил бы для меня или кому интересен я.

Я хочю стать умным сразу.

Нельзя иметь все сразу в одной женщине.

– Заткнитесь! Оставьте его в покое! Не его вина, что он ничего не понимает! Он не в силах быть другим! Ради бога… ведь это все-таки человек!