
Уверена, меня не впечатлил не столько смысл, сколько форма всего происходящего. Все-таки пьеса – не роман. Отрывиста, рассчитана на зрителя, не на читателя. Герои и живые и неживые одновременно. Набор реплик, пусть и с чувством, читающимся между строк, но только реплик. Кого-то жаль, кого-то нет. И главное действующее лицо, так и не появившееся перед нами – вишневый сад.











