Цитаты из книги Легенды Арбата

Слушают тихо, сделав паузу в сеансе одновременной жратвы.

Прибегают девочки с тугими фигурками, как любят руководящие товарищи, и шепчут панически. Нет нигде монгольского переводчика. Не то кумысом залился, не то монголку себе нашел в недобрый час, не то барана встретил и принялся рефлекторно его пасти.

По мнению мэра, чудовище как металлическая реинкарнация великого царя подсознательно символизирует безмозглую и уродливую грандиозность и мощь любых русских реформ.

Но... бог помогает тому, кто сам себе помогает.

Генерал реагирует недоверчиво. Отраженная в его мозгу действительность соскакивает с изношенных креплений, генерал мгновенно раскаляется и орет. Он обличает гомосексуальную порочность и зоофилию подполковника, сулит ему увечья от интимных контактов с одушевленными и неодушевленными предметами, и живописует картину неизбежного Апокалипсиса, если подполковник хоть на йоту отклонится от соблюдения Устава внутренней службы и его, горвоенкома, личных указаний.

Залог карьеры — не ввязываться в дискуссии.

...Всё хорошее, само идущее в руки, однозначно надо брать и не отдавать.

Это неправда, что американцы исключительно зарабатывают бабки. Америка — страна великих романтиков. Она создана свободными людьми, привыкшими сурово бороться за свои мечты. Они ехали за океан на новое голое место и делали там что хотели, не ожидая ни от кого помощи, но, правда, и вмешательства не терпя.

На тех заоблачных вершинах, на которых он обитал, сами в армиях не служили, и лишь редкий маршал долетал до середины рая, по пути обтесавшись до полной придворной безвредности.

...состоящая из бюста и ног блондинка потчует Хасимото пирожками, заслоняя ему международные отношения своей сахарностью.

У нас теперь рыночные отношения, ты не слыхал? Продается всё, что не крадется.

Прекрасен был туземец, сидевший на суку красного дерева и пиливший его на продажу, пока перепиленный сук не избавил его от всех материальных забот.

При­вы­кать ли нам к пе­ре­во­ро­там. Что ни двад­цать лет – то но­вая кон­с­ти­ту­ци­я. Всег­да до­ва­ри­ва­ем суп при сле­ду­ющем то­по­ре.

Если унитаз отличается от унисона тем, что в унисон труднее попасть, то искусство угождать и угодить власти царило над прочими музами безраздельно. Одарённые этой божьей искрой всходили на Олимп по головам коллег. Не угадал? — в пропасть его!

«Чем отличается адвокат от вампира? Вампир сосёт только ночью».

Моральная цензура довела воздержанием и намёком потентный народ до того, что ритмичный вход поршня в цилиндр вызывал циничный гогот подростковой аудитории. Да-да, это вам не реклама прокладок, когда вся семья мирно ужинает перед телевизором.

«Кошмарный сон Брежнева»: На Мавзолее сидит негр в зелёной чалме и китайскими палочками для риса ест мацу.

... детские обиды отпечатаны в нас пожизненно. Социальная психология с её услужливой статистикой и понятия не имеет, сколько великих подвигов в истории произошло из детского жгучего желания разбить нос соседскому гаду.

Его звали играть, как рыбаки зовут червячка на рыбалку.